Воеводы расступились, пропуская её.
На лестнице было темно. Дара шла быстро, не чувствуя усталых ног. От крыльца до мостовой проложили тропу из досок, оторванных от заборов, столов да скамеек. Неровным вышел настил, но чем слабее Дара себя чувствовала, тем опаснее казалась скверна под ногами, и она уже не решалась на неё наступить. Люди не видели клокочущей черноты, наводнившей Лисецк, потому в их сердцах всё ещё таилась надежда, что мор уйдёт, как уходили со временем все невзгоды и болезни. Если бы хоть на миг они увидели чёрную землю вокруг, если бы знали, как духи жались друг к другу на крышах, пытаясь спастись, так бежали бы прочь.
– Эй, ведьма! – тяжело загромыхал по настилу воевода, догоняя её. – Погодь. Вместе пойдём.
Дара обернулась. Горыня нагнал её уже у ворот, что вели дальше в город.
– Там мои ребята людей поторапливают, но есть и такие, которые спорят, в основном родня Пресветлых Братьев. На Храмовой улице народ и вовсе не собирается уходить. Говорят, пусть их вместе с домами жгут. Нашлись даже какие-то дураки, которые утверждают, что скверны нет. Один лёг на землю, чтобы доказать, что всё в порядке.
– Вот же тупицы, – мрачно процедила Дара.
– Там верующие люди, они не хотят оставлять храм. Говорят, лучше погибнут в нём, чем позволят уничтожить. А степной каган с колдовством им не страшен.
Главная дорога вела мимо храма к Дальним воротам, у которых собралась толпа. Дара остановилась, разглядывая огни внизу по улице. Позади, за её спиной город опустел, но впереди оставалось слишком много людей, а солнце уже садилось за деревья.
С возвышения виднелась роща у реки. Взгляд зацепился за чёрные стволы деревьев.
– Смотри, – Дара показала воеводе в сторону рощи. – Деревья чудные.
– Так снег растаял, вот и кажется…
– Нет, – она никак не могла понять, что с ними было не так.
– Видишь, какие деревья низкие? Все склонились к земле, они сломались.
– Скверна, кажется, добралась до рощи. А значит, скоро доберётся и до реки. Найди Милоша, – попросила Дара. – А я попробую поговорить с Пресветлым Братом.
– Меня они не послушали, может, тебя испугаются.
Высокий каменный храм возвышался над прижавшимися книзу землянками вокруг. Золотая крыша казалась тусклой, белые стены серыми. И вместо ликующей песни изнутри слышался плач.
Дара остановилась у порога, не решаясь войти, неохотно потянула за медное кольцо, и тяжёлая дверь поддалась.
Внутри горели свечи, и храм наполнился таким чудесным светом, точно сам Создатель заглянул в окно. Шла закатная служба, но никто, кроме Пресветлого Брата, прислужников, их жён и детей, не пришёл. Настоятель стоял перед солом спиной ко входу.
Вдоль стен лежали покойники: мужчины, женщины, дети. Детей среди них было больше всего. Скверна легко отравляла юные тела.