Автор
В главе 1 - милая Пуговка улыбается своим плюшевым другом и сонным взглядом ожидает прикосновений. Прихвачивая её на корточки, мама осторожно чистит щеку девочки от крошек печенья, знаки внимания, как всегда вызывающей в ней интересную смесь грусти и восхищения.
Всё равно никто не видит, дома сидит.
– Ага, а если сосиски съест, то пусть на горшке посидит. Жалко, что ли?
– Молодец, – довольно улыбается, с гордостью похлопывая меня по макушке. – Быстро поняла.
Хочется заурчать от неожиданной похвалы. Хоть и по такому дурацкому поводу. Да что со мной такое?!
Благо, Новак отвлекается на телефон, и моё секундное помешательство быстро проходит.
– Да? Слушаю.
Блин, он же из-за нас сегодня на работу не пошёл. Думаю об этом – и Леон вмиг становится серьёзным. Что-то случилось?"
"– Нет, не видел.
Леон застывает, внимательно слушая собеседника и сжимая пальцами телефон. Матвей начинает крутиться, просится на пол. А Новак не реагирует.
Что-то случилось. Чувствую. Вижу по его лицу.
– Я понял, – разрушает паузу и детский лепет грубыми интонациями. – Встретимся через два часа. Надо малого уложить, с ужином помочь, и приеду.
Пытается подавить напряжённую атмосферу, но не тут-то было.
Сбрасывает звонок, продолжая невозмутимо копаться в пакетах. Находит морковку, которую взял себе на время просмотра кино вместо попкорна или чипсов.
– Что там? – интересуюсь, оставляя продукты.
– По работе, – чеканит коротко. Не распространяется, и это напрягает.
Сердце начинает давить, а нехорошее предчувствие так и дышит в затылок.
– Ты мне сейчас лжёшь.
– С чего ты взяла?
– Леон Новак, я жила с тобой два года и знаю тебя наизусть.
На меня накатывает раздражение, и я упираю руки в бока.
– Ничего серьёзного.
– Правда? – спрашиваю с вызовом. – А если я сейчас открою новости?
Игнорирует мою фразу, продолжая с показным интересом разглядывать пакет с морковью.
– Леон, – говорю с нажимом. Тянусь к сумочке, в которой лежит мой телефон. А он только вздыхает, отпуская Матвея на пол. Выпрямляется, откладывает упаковку в сторону и упирается ладонями в стеклянный стол.
– Тот мужик, – вдруг произносит, вызывая первый же вопрос – какой мужик? – Мерзкий боксёр, что клеился к тебе в туалете. Денис Ворохов.
– И которого ты избил? – дыхание перехватывает, и я начинаю волноваться ещё сильнее.
– Один раз ударил. Не преувеличивай.
– И что там? Он подал заявление в полицию? – игнорирую его.
– Нет, – бросает уверенно. Я хочу схватиться за колющее сердце, выдохнуть. Но не успеваю. – Всего лишь публично вызывает на бой.
