Автор
В главе 1 - милая Пуговка улыбается своим плюшевым другом и сонным взглядом ожидает прикосновений. Прихвачивая её на корточки, мама осторожно чистит щеку девочки от крошек печенья, знаки внимания, как всегда вызывающей в ней интересную смесь грусти и восхищения.
Присылали всякую дрянь на адрес её матери, а она в панике звонила мне, сообщая об очередном «подарке». Это с учётом того, что я не афишировал, с кем живу. Но всё равно находились отбитые, кто умудрялся вынюхать имя моей любимой, чтобы навредить ей.
О ней знали мои конкуренты. А они – самая большая проблема.
– Есть нормальные, а есть психи, которые могут плеснуть кислотой. Преследовать тебя или использовать как мою слабость, что и сделал Ворохов.
Чтобы стать чемпионом по боксу, многие пойдут по головам. Сделают больно тому, кого ты любишь, лишь бы вывести из строя психологически.
Тогда был пик моей карьеры. Самый острый момент в жизни.
Для Ники это может показаться пустяком, но она не знает того, что видел я."
"– В то время я и так переживал за тебя настолько сильно, что боялся отпускать. Когда ты сказала о беременности, я представил, что у меня будет две слабости. Я помню, как ты мечтала о полноценной семье. И, Ник, я пытался. За несколько месяцев до этого решил уйти из бокса. Заняться бизнесом, избавиться от популярности, чтобы потом спокойно жить втроём, когда наконец-то решусь обзавестись ребёнком.
Прикрываю глаза.
– На тот момент я не был готов к отцовству. Перед глазами была цель. В душе – страх, что если не устою, то потом всё будет потеряю. Ведь я думал бы о тебе, о ребёнке, а не о том, где и как основаться, чтобы вы ни в чём не нуждались. И если бы ничего не вышло, я боялся, что начну срывать всю злость на ребёнке, ненавидя его за свой провал.
Вспоминаю себя прежнего – и задушить готов.
– Ты бы никогда… – первое, что говорит Ника за всё время.
– Передо мной стоял живой пример – мой отец, – перебиваю её, вспоминая об ушедшем несколько лет назад родителе. – Он вымещал всю ярость на нас с братом. Обвинял в своих неудачах. Ты ведь знала его, видела.
Да, я переживал, что стану таким же.
И я мог. Потому что искренне не хотел детей тогда.
Один неверный удар по голове – щелчок… и всё.
– Растить в нелюбви ребёнка, которого я не ждал и не хотел – неправильно. Я бы обрек всех нас на страдания. Так что я поступил эгоистично. Испугался, настояв на аборте. Не подумал о последствиях, что могу потерять тебя.
Мысль о разлуке вообще не укладывалась в голове, но Вероника кинула в меня кольцо и ушла. Она выполнила мою просьбу, лишив себя счастья. А потом и меня, подав на развод.
– Но я искренне сожалею, что был трусом.
– Прости, – нежно смеётся она.
