Она еле держалась на ногах от страха. Гуров придержал ее за плечи. Неожиданно его осенило.
– Где каюта Подушкина?! – свистящим шепотом спросил он, привлекая к себе девушку. – Быстро соображай! Где?!
– Туда! – пролепетала она, ткнув в сторону пальцем.
Держа в одной руке пистолет, а в другой полуживую от страха девушку, Гуров бросился в указанном направлении.
Глава 15
К счастью, каюта Подушкина была расположена совсем недалеко. Пришлось только взобраться по трапу и пройти метров двадцать пять по застеленному пушистой ковровой дорожкой коридору.
На пути Гурову попались два матроса в опереточных костюмчиках с накрахмаленными воротниками. Они выглядели весьма грозно, но, заметив вороненый ствол, сочли за благо ретироваться, ловко нырнув в какую-то щель.
Куда серьезнее повел себя появившийся следом за матросами еще один чин в белоснежном мундире. По гордой осанке и золотым галунам можно было предположить, что это сам капитан или, по крайней мере, первый помощник. Кроме мундира, он обладал еще и тонкими белыми перчатками.
Повелительно взмахнув рукой, затянутой в белую перчатку, он решительно пошел на Гурова и раскатистым баритоном объявил:
– Прошу вас остановиться! Вы находитесь на частной территории и будете нести ответственность по всей строгости закона! Немедленно сдайте оружие!
Одними словами он не ограничился. Не сводя с Гурова водянистых озлобленных глаз, лихорадочно шарил то ли за поясом, то ли в заднем кармане. Желая предупредить непоправимое, Гуров холодно бросил:
– Не валяй дурака, морской волк! Я из милиции!
– Мне плевать, откуда ты, убогий! – отрывисто сказал «морской волк».
– Ты здесь никто. Скинь ствол, или я вышибу тебе мозги! Не веришь?
В его руке сверкнул никелированный щегольской пистолетик. Маша вскрикнула и юркнула за спину Гурова. Капитан (или помощник) вскинул пистолет. Голова гордо поднята, ноги в белых брюках на ширине плеч, на лице брезгливая гримаса.
– Считаю до трех! – надменно сказал он. – Раз!
– Два! – сказал Гуров и выстрелил.
Рука капитана дернулась, пистолет сам собой выскочил из пальцев и кувыркнулся ему под ноги, исчезнув в пушистом ворсе.
Ослепительно-белая ткань мундира мгновенно окрасилась кровью, и темно-красное пятно стало быстро-быстро расползаться по рукаву. Гордое выражение с физиономии капитана будто ветром сдуло. Он ойкнул и вцепился ладонью в простреленное плечо.
– Ты… Ты… Что наделал? – изумленно пробормотал раненый капитан, медленно отступая назад по коридору и, кажется, готовый уже пасть без чувств.
