Автор
В беседе между генералом Орловым и полковником Гуровым витает напряженная атмосфера, будто шепчущая секретами. Подлинный смысл фамилии Быков не сразу просматривается, но эта встреча обещает раскрыть масштабную историю за границами обычного служебного обмена.
Люди с такими злыми и слегка сумасшедшими глазами способны на что угодно – Гуров знал это по собственному опыту.
Он быстро нашел взглядом Машу. Девушка стояла возле двери и вслушивалась в звуки, доносившиеся из коридора. Но сейчас все заглушал назойливый голос Велеса:
– Господин Трунин! Где же вы?
– Кто это? – спросил Гуров.
– Это я! – сердито бросил Подушкин. – Не думаете же вы, что я обязан регистрироваться здесь под настоящим именем? Но я не понимаю, для чего он так кричит? Мы же все равно не можем ему ответить!.
– А, вот вы где! – вдруг радостно воскликнул Велес, впиваясь взглядом в экран. – А я уж было… Кто это рядом с вами, господин Трунин? Вы знаете этого человека?
– По-постой! – ошарашенно проговорил Подушкин, тоже вперившись в экран взглядом. – Ты… ты… ты как меня видишь? Ты как посмел?
– Господин Трунин! – укоризненно воскликнул Велес. – О чем вы? Да как вы могли подумать! Эти камеры установлены для экстренных случаев. Вот, например, для таких, как сегодня.
– Послушай, Велес! – громко перебил его Гуров. – Хватит размазывать кашу по тарелке! И не морочь голову клиентам! Если кто здесь и бандит, то только ты со своими хлопцами. И камеры у тебя установлены для того, чтобы собирать компромат на сильных мира сего.
Велес вдруг пропал с экрана. Где-то в студии щелкнул тумблер. Воцарилась тишина. Подушкин секунду стоял точно остолбеневший, а потом сорвался с места и принялся грузно бегать кругами по каюте. Ворсистый ковер заглушал его топот, но зато прочего шума от Подушкина было много. Он размахивал руками и орал:
– Уничтожу всех! Я пущу это корыто на дно со всей вонючей сворой! У-у, проститутки! – пробегая мимо Маши, он едва не засветил ей кулаком в глаз.
– Вы только что сказали, что за Велеса на ножи пойдете, – насмешливо заметил Гуров. – А теперь в одном халате собираетесь бежать с ним разбираться, пасть рвать… Для государственного человека это чересчур непоследовательно. Нужна более взвешенная стратегия.
Подушкин остановился и, тяжело дыша, уставился на Гурова.
– Что ты такое плетешь, умник? – прорычал он.
