Дикий ритм жизни в шумном столичном районе. Сергей, сын богатого бизнесмена, осматривает квартиру своего возомнившего себя знатока живописи мать-любовника, неожиданно вернувшегося домой. Несмотря на панику и ужас, Козодоев действует быстро и жестко, отдаваясь прирожденной агрессии в драке, которую жизнь подарила ему без слов....
Сегодня деньги есть, а завтра конкуренты цены снизят и пустят тебя по миру с протянутой рукой. Или рэкетиры такой данью обложат, что проще закрыть лавочку, чем на дядю работать. Одни вопросы! Чтобы понять мотив действий Алексея Мякоткина, данных, имеющихся у нас, мало. Нужно продолжить сбор информации и расширить круг возможных участников этого дела. У Мякоткина, кроме жены и отца, есть сестра и мать. О них пока мне ничего толком не известно».
Лаптев сложил фотографии и сводку наружного наблюдения в конверт, поднялся к Ефремову.
– Я возвращаю ваш портрет, – сказал он, бросив конверт на стол. – Игорь, мне нужна помощь. Не морщись, больше с заданиями для службы наружного наблюдения мухлевать не придется. Кстати, ты как за ней слежку оформил? Как за наркоманкой или воровкой?
– Для такой ухоженной дамы больше всего подходит роль скупщицы краденого. У тебя никто фотографии не видел?
– Игорь, я знаю правила игры и умею хранить секреты.
Ефремов убрал конверт в ящик стола, пододвинул к коллеге пепельницу и проговорил:
– Меня твой Самойлов со всех сторон обложил, всех людей забрал, но я человек слова.
В среду Лаптева вызвал к себе прокурор города.
– Уголовное дело по памятнику надо прекратить, – без лишних предисловий сказал он.
– Основания? – мягко поинтересовался Лаптев.
– Отсутствие умысла на демонтаж памятника.
– Подъемные краны Лотенко пригнал на площадь, чтобы народ повеселить, так, что ли?
– Андрей Николаевич! – в голосе прокурора появились неприязненные нотки. – Вы же юрист, если мне память не изменяет?
На эту словесную пощечину Лаптев не отреагировал. Он научился держать себя в руках и не давать воли чувствам. Считает прокурор, что разговор надо начинать с оскорблений, пусть покуражится.
"– Давайте разберем поступки Лотенко с юридической точки зрения. Что он сделал? Вывел на площадь Советов строительную технику, велел рабочим подготовить подъемный кран к демонтажу памятника. На этом активные действия, направленные на снос памятника, закончились. Владимир Ильич как стоял, так и стоит. Я лично допросил Лотенко, и он показал, что памятник демонтировать не намеревался.
