Дикий ритм жизни в шумном столичном районе. Сергей, сын богатого бизнесмена, осматривает квартиру своего возомнившего себя знатока живописи мать-любовника, неожиданно вернувшегося домой. Несмотря на панику и ужас, Козодоев действует быстро и жестко, отдаваясь прирожденной агрессии в драке, которую жизнь подарила ему без слов....
Это шутка! Наш герой пошел другим путем и ликвидировал угрозу разорения в зародыше. Но это не все. После смерти отца он, законный наследник, должен будет получить в собственность кооператив «Золотой ключик». В эту скромную фирму его папаня в последний год перекинул из банка около ста тысяч долларов. Готовился, видать, к отъезду.
– Дочь покойного Мякоткина в расчет не берешь? – спросил Стадниченко.
– Ее даже на похоронах не было, так что она в число наследников входила только формально. – Андрей прервался на минуту, посмотрел в окно.
Погода на улице портилась.
– Меня с самого начала интересовало, что послужило толчком к совершению убийства, – продолжил Лаптев. – Явных событий вроде бы не было, но потом меня осенило – Чернобук! Он сам напросился быть киллером. При встрече стал жаловаться, что зарплату задерживают, жить не на что, сбережений нет, родители не помогают. Такой шанс нельзя было упускать, и Алексей предложил бывшему сослуживцу поработать, одним выстрелом решить все материальные проблемы.
Мякоткин промолчал.
– Алексей, даю тебе последний шанс на явку с повинной, – сказал Андрей. – Зачем Чернобук стрелял в американца?
– Ему показалось, что он в нашу сторону видеокамеру направил. Чернобук хотел его наповал уложить, но промазал, в раму попал.
После окончания допроса Лаптев и Стадниченко вышли в коридор.
– Дадим ему шанс? – спросил начальник ОУР.
Андрей пожал плечами и ответил:
– Мне как-то все равно. Пусть живет!
Оперативники сдержали слово и оформили Мякоткину явку с повинной. Возможно, ему повезло бы, но в дело вмешалась его супруга. На суде она заявила, что муж пьянствовал, избивал ее и ребенка. Когда отец потребовал прекратить бесчинства, он безжалостно убил его. На судей показания несчастной женщины произвели впечатление, и они приговорили Алексея к высшей мере наказания.
Перед Новым годом в небольшом уютном кафе за столиком сидели Римма Витальевна и Ефремов. Козодоева тихо рассказывала Игорю о несчастьях, постигших ее семью. Он слушал женщину невнимательно, постоянно отвлекался, поглядывал на хорошенькую официантку, стоявшую у бара.
– Игорь Павлович, у меня к вам серьезное предложение, – заявила Римма Витальевна. – Я хочу, чтобы вы посадили моего сына.
