Дикий ритм жизни в шумном столичном районе. Сергей, сын богатого бизнесмена, осматривает квартиру своего возомнившего себя знатока живописи мать-любовника, неожиданно вернувшегося домой. Несмотря на панику и ужас, Козодоев действует быстро и жестко, отдаваясь прирожденной агрессии в драке, которую жизнь подарила ему без слов....
– Это в Москве, в горячке, памятник Дзержинскому демонтировали, а в Сибири…"
"– Джон, политика не наше дело. Мы телевизионщики. Наша задача – снять красивую картинку и подать ее американскому зрителю в соответствующей упаковке. Кто и как будет сносить вождя с пьедестала, нас не касается.
– Все это понятно, но у меня есть один вопрос. А вдруг коммунисты встанут горой за своего кумира? Тогда как? Мне с видеокамерой на плече от разъяренных большевиков убегать неохота.
– В совете директоров все продумали. У нас есть два сценария.
К их столику подошел мужчина лет пятидесяти, добротно, но неброско одетый. С первого взгляда Флейк узнал в нем соотечественника, совсем недавно приехавшего в Россию.
– Привет, Том! – обратился он к Бузмену. – Подскажи, где здесь туалет? Ни указателей, ни черта нет. Не аэропорт, а лабиринт какой-то.
– В другом конце терминала есть платный туалет, а общий, бесплатный, тут недалеко. Но туда я тебе ходить не советую. Гадюшник, грязи по колено.
– Хорошо, прогуляюсь до платного.
После его ухода оператор спросил:
– Кто этот хам? Его в детстве мама не учила, что надо здороваться при встрече?
– Это Дик Янг, представитель балтиморских деловых кругов. У него с собой есть волшебная палочка, конфиденциальное письмо от наших банкиров тому человеку, который организует снос памятника.
– Кто же этот смельчак? Почему он не побоится поднять руку на священную статую?
– Некто Анатолий Лотенко, председатель Союза предпринимателей Западной Сибири.
К американцам подошла цыганка с младенцем на руках, что-то сказала по-русски. Флейк полез в карман за кошельком, но режиссер остановил его.
– Даже не вздумай! – предостерег он. – Если ты дашь цыганке хоть рубль, она от нас до самой посадки в самолет не отстанет.
– У нее же ребенок голодный!
– Здесь полстраны голодных. Всех не накормишь. – Режиссер что-то сказал женщине по-русски.
Цыганка обозвала его жмотом, пожелала обоим американцам разбиться в авиакатастрофе и удалилась, шелестя длинными цветастыми юбками.
– Что ты сказал ей? – поинтересовался Флейк.
– Иди в церковь, там подадут. Один знакомый с российского телевидения научил. Действует безотказно, как магическое заклинание.
