Дикий ритм жизни в шумном столичном районе. Сергей, сын богатого бизнесмена, осматривает квартиру своего возомнившего себя знатока живописи мать-любовника, неожиданно вернувшегося домой. Несмотря на панику и ужас, Козодоев действует быстро и жестко, отдаваясь прирожденной агрессии в драке, которую жизнь подарила ему без слов....
Журналистка Сара Блант заявила, что без американского консула показания давать не будет. Ближайшее консульство США находится в Екатеринбурге, так что затея с ее допросом изначально отпадает.
– Давайте перемотаем пленку еще раз назад и посмотрим, откуда на записи взялся Козодоев, – предложил Лаптев.
Фигурка Козодоева на обратной перемотке смешно задергалась из стороны в сторону и, пятясь задом, спряталась за спины соратников Лотенко. Воронов поставил видеомагнитофон на паузу и стал зарисовывать расстановку людей напротив Живко.
– Нам эту пленку отдать придется? – спросил Лаптев.
– Через час, – взглянув на часы, ответил Самойлов.
– Давайте ее перепишем, – сказал Воронов. – У нас в кабинете изъятый видеомагнитофон стоит, я сбегаю, принесу, провода подцепим и сделаем себе копию.
– Не получится. Я дал слово, что запись копировать не стану.
– Роман Георгиевич, это же вы слово дали, а перепишу я. С меня взятки гладки.
– Я свои слова держу, – поставил на место не в меру инициативного следователя начальник.
– Спору нет, я в этом не сомневаюсь, – проговорил Воронов. – Но иногда, для общего дела…
– Виктор! – одернул его Андрей. – Ты что как ребенок, ничего не понимаешь? Если эту запись сделали не комитетчики, то, стало быть, наши, из управления технического обеспечения. Чекистам фигу показать – святое дело, а своих-то ментов зачем подставлять?
Воронов что-то пробурчал в ответ и продолжил с помощью видеозаписи составлять пошаговую схему перемещений коллег Лотенко у памятника.
– Роман Георгиевич, что-то я не пойму, зачем нам вообще вся эта стрельба у памятника сдалась. Это же прокурорская подследственность, – сказал Лаптев.
– Стрельба и снос памятника – это политика. Где она появляется, там на соблюдение законов и правил подследственности плюют. Прокурор области дал указание нашему отделу провести проверку законности действий лиц, пытавшихся демонтировать памятник. Заметь, велел не возбудить уголовное дело по вандализму, а только провести проверку, словно снос памятника на главной площади областного центра – заурядное событие.
– Если бы ему в Москву не надо было бы отписываться, то он вообще никак не отреагировал бы, – пробурчал Воронов, занятый составлением схемы.
– Я тоже так думаю, – сказал Самойлов. – Прокурор и Лотенко крепко повязаны. Своего дружка в обиду Пашков не даст, но сделать вид, что он стоит на страже российских законов, прокурор обязан.
