Дикий ритм жизни в шумном столичном районе. Сергей, сын богатого бизнесмена, осматривает квартиру своего возомнившего себя знатока живописи мать-любовника, неожиданно вернувшегося домой. Несмотря на панику и ужас, Козодоев действует быстро и жестко, отдаваясь прирожденной агрессии в драке, которую жизнь подарила ему без слов....
– Он пьяный был или обкуренный. Глаза у него сверкали, как у религиозного фанатика перед алтарем."
"– Нет, – покачал головой Игорь. – Он не пьяный и не под воздействием наркотиков. У него просто крыша от поддельной водки поехала. Я уже сталкивался с такими чудесами. Если Козодоев вчера целую бутылку приговорил, то в себя придет никак не раньше чем через сутки. От паленой водки человек дуреет не когда пьяный, а когда у него похмелье наступает.
На крыльцо подышать свежим воздухом вышли охранники. Воронов с Ефремовым побросали сигареты и поспешили в УВД докладывать руководству о несостоявшемся допросе.
Пока Юркевич провожал милиционеров до дверей приемной, Козодоев вернулся в комнату отдыха и рухнул на диван. В шесть вечера его растолкал начальник службы безопасности СГТС Алексеев, широкогрудый якут с пудовыми кулаками. Он любил рассказывать о себе. Дескать, род мой идет от казаков-первопроходцев. Прабабка моя их уважала, вот я и пошел не в мелкую северную породу, а в забайкальских ширококостных русаков.
– Сергей Владимирович, вставай! – Алексеев потряс Козодоева за плечо. – Отец велел тебя домой отвезти.
Козодоев с трудом поднялся и пробормотал:
– Поехали.
У подъезда, где жил сын директора СГТС, Алексеев велел водителю остановиться, но из машины выходить не стал.
– Сергей Владимирович, это не тебя делегация ждет? – не оборачиваясь, спросил он.
Козодоев всмотрелся в лица четверых парней, поджидающих кого-то на лавочке у подъезда.
– Я их не знаю, – неуверенно ответил он.
– Пошли! – обдумав ситуацию, скомандовал якут.
С грациозностью разжиревшего леопарда он вылез из «Волги», подошел к парням и спросил:
– Кого ждете? Не меня, часом?
– Нет, его, – указал на Козодоева парень в кожаной куртке. – Он вчера нашу девочку снял, а расплатиться позабыл.
– О, мани-мани, хрен в кармане! – засмеялся Алексеев. – Сейчас все уладим!
Он сделал полшага назад и так врезал ближайшему мужчине носком армейского берца в челюсть, что тот кувыркнулся с лавочки на спину и затих.
– Закурить есть? – зло спросил якут.
Парни пришибленно промолчали. Вопрос о куреве – самый провокационный. Не так ответишь, без зубов останешься.
– Я вижу, вы спортсмены, бегуны на длинные дистанции. Пока я добренький, забирайте эту падаль и валите отсюда бегом. Или я вам сейчас столько бабла отсыплю, что карманы треснут.
Дважды повторять ему не пришлось. Сутенеры подхватили бездыханного товарища и быстро скрылись в темноте двора.
