В атмосфере неистового хаоса битвы наступает эпоха новой войны, когда немецкие солдаты в белых штормовках и красных капюшонах безропотно отступают под проклятыми советскими автоматами. Кровь заливает лица, каждый шаг становится тяжелым испытанием надежд на выживание в этой безумной мясорубке войны....
Агентура в тылу советских войск оставалась разветвленной, умело структурированной и глубоко запрятанной. Надо сваливать. Маршрут пока не очерчен, но он справится…
Таврин вышел из кабинета с нахмуренным лицом, сунул папку под мышку, запер дверь на ключ и неторопливо двинулся к лестнице.
— Минуточку, господин Венцель! — словно ножом пырнули в загривок.
Он резко повернулся. Майор Кристиан Гайдрих — ушлый жилистый тип с неприятным взглядом — образовался из полумрака коридора у Таврина за спиной и быстро приближался.
— Хайль Гитлер, герр майор! — Резкое опускание головы, едва не касаясь подбородком щитовидки, и такое же резкое вскидывание.
— И вам того же, гауптман, — ворчливо бросил Гайдрих, со смутным скепсисом озирая вытянувшегося капитана. — Что происходит, Венцель, вы можете объяснить? — Колючие глаза буравили советского разведчика, который в этот момент явственно ощутил себя на грани провала.
— А что-то происходит, герр майор? — Таврин старательно пытался сохранять спокойствие и невозмутимость.
— Полагаю, да. Мне сообщили, что ночью прибыл наш агент из большевистского тыла с позывным «Болотник», и его оперативно прибрали ваши люди. С чем это связано, Венцель? Надеюсь, этому есть логичное объяснение — в противном случае я вынужден инициировать расследование. Где «Болотник», где ваши люди? Полковник Ритхофен, находящийся со мной на связи, очень недоволен.
А за дверью — главный сюрприз… Имелось что-то комичное в этой напряженной служебной драме.
— Прошу прощения, герр майор! — Голос Ивана звучал ровно и беспристрастно. Его загнали в угол, импровизировать с умом не осталось времени, приходилось импровизировать безрассудно! — Мои люди провели беседу с Николаем Шитовым, и у нас возникли резонные опасения, что его используют Советы. Не можем избавиться от ощущения, что это двойной агент."
"— Какую чушь вы несете! — вспыхнул Гайдрих.
— Они проводят очную ставку Шитова с Томасом Эбелем, которого подозревают в сотрудничестве с русской разведкой.
— Я был у Эбеля час назад, он едва пережил ночной допрос — с ним проводили время гестаповские костоломы. Эбелю оказывали срочную медицинскую помощь — в противном случае он уже отправился бы в свой большевистский ад.
