Автор
В полдень Лыков вышел на крылечко, где Благов уже ждал его в кабинете. Темное небо казалось сплющенным бликом приближающейся войны, а стук колокола – сигналом к решительной авантюре. В этот день он узнает, что стал невольным свидетелем событий, которые будут вписаны в историю Пули с Кавказа....
– Много ли известно о Малдае и старике в жёлтой чалме? То, что я читал, довольно поверхностно.
– Настоящую агентуру нельзя завести без денег, а князь Чавчавадзе свёл смету моего отделения к минимуму.
– Сюда должен прибыть ротмистр Даур-Гирей из разведочного отделения штаба округа. Вы знакомы с ним?
– Так точно, неоднократно встречались по службе.
– Даур-Гирей привезёт шесть тысяч рублей на развитие агентуры. С этого года решением военного министра ассигнования на секретную деятельность Дагестанского областного управления увеличены на эту сумму.
– Очень хорошо, – повеселел было Ильин, но тут же сдвинул рыжеватые брови. – А что, ротмистр тоже будет участвовать в предстоящей экспедиции?
– Будет, как представитель окружного начальства. А в чём дело, Андрей Анатольевич? Вас что-то не устраивает в Гирее?
Капитан вздёрнул голову:
– Во-первых, Виктор Рейнгольдович, я вижу в этом недоверие лично мне.
– А во-вторых?
– Во-вторых… – Ильин было запнулся, но тут же мотнул головой и посмотрел Таубе прямо в глаза. – Во-вторых, я вообще не доверяю кавказским туземцам. Никогда и никаким. Считаю необходимым объявить это вам сейчас, до начала операции. Чтобы не было потом неясностей…
– Никогда и никаким… – задумчиво повторил барон. – И даже действующим офицерам? Которые давали, как и мы с вами, присягу? Ротмистр Даур-Гирей тоже много лет служит по секретно-разведывательной части, имеет заслуги и пользуется полным доверием начальства.
– Я считаю это ошибкой, – сердито ответил Ильин. – Серьёзной ошибкой! Вам хоть известна его история?
– Обычная для Кавказа история… В младенчестве он был усыновлён семейством русского офицера Шелеметева, будущего генерал-майора. Тот подобрал его в 1861 году на берегу моря, трёх или четырёх лет от роду. Там был сборный пункт для закубанских черкесов, готовящихся переехать в Турцию.
