Автор
В полдень Лыков вышел на крылечко, где Благов уже ждал его в кабинете. Темное небо казалось сплющенным бликом приближающейся войны, а стук колокола – сигналом к решительной авантюре. В этот день он узнает, что стал невольным свидетелем событий, которые будут вписаны в историю Пули с Кавказа....
"
"– Судя по всему, старик долго жил в Турции и занимал там серьёзные должности. Абреки называют его «сартип».
– Полковник – пояснил Лыков Павлу Афанасьевичу.
– Появился дедушка в горах неведомо откуда, примерно в то же время, что и Малдай.
– Мы, навроде, эту птицу уже ловили? – опять вмешался Лыков. – Я самолично за ним гонялся, правда, поймали его другие.
– Так точно. Малдай из Бахикли – это такое село в Андии – впервые выступил против нас ещё в 1860 году, во время восстания в Северном Дагестане. Генерал Евдокимов бунт подавил, аул сжёг, а нашего приятеля сослал в Вологодскую губернию.
Раздосадованный подполковник замолчал. Поскольку его слова прозвучали, как косвенная критика действий государя, в разговоре возникла неловкая пауза.
– Но дело не в этом неуёмном чеченце, а в старике, что стоит за ним. Абрека, в конце концов, можно просто застрелить. А вот сартип в жёлтой чалме… Вы помните, кому полагалась такая при Шамиле?
– Ну, ты спросил, – развёл руками Лыков. – Шамиля взяли в плен, когда мне стукнуло два годика.
– В Имамате[4] жёлтые чалмы полагались наибам, – неожиданно пояснил Благово.
– Наибам? Это, кажется, горские губернаторы?
– Да, начальники отдельных областей, подчинявшиеся непосредственно Шамилю.
– Я повторюсь, Павел Афанасьевич, – продолжил Таубе, – что точных сведений об этом человеке у нас нет.
