В жуткой атмосфере запертого подвального помещения, девочка решительно уничтожает кривые игрушки, символизирующие издевательства над слабыми. Жара рвущихся душ и страстей в огне их фантазий делает описание загадочным и неумолимым, готовым потрясти читателя с первых строк....
Картинка сменилась, я видела всё тот же пугающий подвал, но теперь дети были вне клеток. Они жались в углу, дрожа от страха, и на них наступали работорговцы. Меня на миг парализовало от боли и страха, сердце разрывалось. Я понимала, что не могу изменить прошлое Тёмной Богини, но всё равно выстрелила в ближайшего подонка.
Болт прошёл сквозь него, только морок передёрнуло рябью. Это не сердце… Не он управлял кошмаром.
Не успела я выстрелить вновь, как иллюзия развеялась. Я заметила только отблески белого пламени.
— Ты похожа на неё, — вдруг услышала голос Богини.
Тьма рассеялась и передо мной возникла женщина в черном с золотом платье. На её лице была маска из вороновых перьев, а в руках она держала скрипку.
— Похожа на ту, что спасла меня и стала моим светом.
Я до боли прикусила губу и попыталась просканировать призрака. Чувствовала её магию, она была невероятно мощной и совсем не походила на энергию кошмарников. Но опускать арбалет не спешила.
— Я не причиню вреда ни тебе, ни своему потомку, — Богиня с лёгкостью прочитала мои мысли, — но он слишком упрям, чтобы слушать и слышать, поэтому я решила открыться тебе.
— Дамир…"
"— Похож на меня в юности, — усмехнулась она, и я невольно подметила, что улыбка у них и впрямь одинаковая. — Он не мой сын, но один из потомков. Тот, кто сквозь тысячелетия унаследовал моё проклятие и Талант.
Она подошла ближе, касаясь моего арбалета и заставляя опустить руки.
— Не бойся меня и слушай внимательно. Моё имя — Роксана, я первый тёмный Бог, одна из Учениц Творца и та, кого называют Госпожой трёх симфоний.
Я почтительно склонила голову. Магия Богини давила, но я жадно ловила каждое слово. Хотела понять, как спасти Дамира!
— Все Великие таланты делятся на созидательные и разрушительные. Но некоторые замерли посередине. Я считала себя разрушителем, ведь Первая симфония — боль, а Вторая — жажда и месть. Я думала, что могу только убивать, защищая тех, кто мне дорог, но я ошиблась.
— Дамир может создавать стены Скорби, — прошептала, вспомнив о его уникальных способностях. — И воскрешать…
— Это ближе к Третьей симфонии, она самая сложная. Многие Тёмные Боги погибали, так и не познав её. Но именно в ней единственное спасение.
— Помогите, молю! — воскликнула. — Я пойду на всё, чтобы спасти Дамира!
— Да, ты и впрямь похожа на Свет Мастера, — Роксана мягко улыбнулась.
