Каждый, особенно ребятишки, старался потрогать шелк, заглянуть в корзины. К завтрему надо сделать упряжь из кожи, веревки сильно впивались в тело, оставляя багровые полосы. Не успели мы добраться до дома, как нас перехватил гонец.
– Князь к себе требует!
Скинув змея во дворе, не умывшись, не поужинав, отправился в Кремль.
Князь принял внизу, в трапезной – кивнул на мое приветствие.
– Садись, раздели со мной трапезу.
Я повторил почти все, что рассказал воеводе о кострах за лесом. Князь задумался.
Я уминал ужин, голова была пустой, но есть хотелось сильно.
– Я просил бы тебя подняться на змее утром, при свете осмотреть врагов и по возможности проследить, куда денутся воины от костров за лесом. Понимаю, что раскрою перед ворогом тайну, да и жизнью твоей рискую, но сведения очень нужны, посланные мною ночью лазутчики не вернулись – видно, погибли.
Я вздохнул, выбора не было.
– Стрелки твои трое кузнецов весь день ковали, от других дел освобожденные, подсказал воевода.
Утро вечера мудренее, поблагодарив князя за угощение, я упал в возок, и Прохор не медля отвез меня домой.
Утро выдалось пасмурным, но без дождя. Одно плохо – ветра нет, для воздушного змея – это как отсутствие лошади у телеги.
Уныло я сидел на площади в окружении горожан. Несколько раз подскакивали гонцы от князя с вопросом – почему не лечу.
– Ветра нет, ветер надобен, – отвечал я. – Жду.
К полудню наконец-то подул ветер, несильный, но ровный, впрочем, постепенно набирающий силу. Попробуем подняться. Снова разбег за возком с Прохором, взлетел. Медленно набиралась высота, веревка, что держала змея, то натягивалась, как струна, то провисала, отчего я дергался, как машина на буксире у неопытного водителя. На улицах города население показывало на меня пальцами, женщины крестились, а юркие пацаны бежали вслед. Сверху я увидел свой дом, раньше-то было темно, и всю Рязань. Под ногами проплыла городская стена с воинами, приветливо машущими руками. По мере набора высоты я отдалялся от города и приближался к лагерю противника.
Хорошо хоть, мотора и шума не было, и все же меня заметили. Сначала, видно, приняли за большую птицу, а вглядевшись – начали метать стрелы. Однако стрелять из лука вверх – занятие не очень благодарное, почти все стрелы падали ниже моего змея, лишь одна продырявила шелк крыла. Зато я в ответ с мстительным наслаждением опрокинул сразу целую корзину со стрелами. Упало сразу человек двадцать, остальные в страхе стали метаться по лагерю.
