Второй том альт-исторической саги о корабельной группе Карпенко-Одинцова. После успешного рейда по японским коммуникациям герои готовятся к грандиозным событиям. Впереди опасные испытания, где каждый подвиг может стать последним. История о мужестве и чести в пламени войны.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пусть ярость благородная»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Второй том альт-исторической саги о корабельной группе Карпенко-Одинцова. После успешного рейда по японским коммуникациям герои готовятся к грандиозным событиям. Впереди опасные испытания, где каждый подвиг может стать последним. История о мужестве и чести в пламени войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Второй том альт-исторической саги о корабельной группе Карпенко-Одинцова. После успешного рейда по японским коммуникациям герои готовятся к грандиозным событиям. Впереди опасные испытания, где каждый подвиг может стать последним. История о мужестве и чести в пламени войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как я понял, наше задание называлось «гуманитарной миссией». Нам предстояло позаботиться о бывших пленных.
Когда мы направлялись к лагерю, я не очень представлял, что увижу там. Но когда мы наконец оказались возле бараков, меня передернуло от ужаса – худые, изможденные люди стояли возле своих убогих жилищ, глядя на нас с выражением угрюмой обреченности. В воздухе витал запах нечистот. Я даже предположить не мог, что японцы могут так ужасно обращаться с людьми. Они еле стояли на ногах. Грязные, оборванные, они, казалось, не ожидали уже ничего хорошего.
Все эти люди был азиатами – скорее всего, корейцами. Мой взгляд сразу же подметил, что это были только женщины и дети. Женщины и дети! А где же мужчины? Этот вопрос остался для меня открытым.
Дария, которая сначала, побледнев, молча разглядывала этих людей, вдруг засуетилась. Она отдавала какие-то команды; женщины и четверо мужчин из нашей группы стали подходить к бывшим пленным. Один из «наших» мужчин, имеющий признаки явной принадлежности к тому же народу, что и эти несчастные, о чем-то спрашивал их на их языке – и вот они, немного оживившись, стали что-то рассказывать.
И тут я услышал:
– Эй, Джек! Пойдем-ка…"
"Один из тех мужчин, что стояли отдельно, поманил меня рукой – и мы все вместе направились в сторону небольшого холма. Пока мы его огибали, в мои ноздри все явственней проникал такой знакомый и отвратительный запах… запах мертвой человеческой плоти, который ни за что не спутаешь с каким-либо другим. Мужчины переглядывались между собой и все больше мрачнели по мере приближения к цели.
И вот мы пришли. Все, что воспринимало сейчас мое сознание, было похоже на кошмарный сон. Мы стояли на краю большой ямы. Смрад шел из нее… И я знал, что уже никогда не смогу забыть ни этот запах, ни это зрелище… В яме, сваленные в кучу, лежали обезглавленные трупы. Трупы не солдат. Женщин и детей! Ни в чем не повинных – видимо, из числа тех пленных, которых мы только что видели. «Не может быть! – кричал мой разум, дергаясь в конвульсиях ужаса, – ведь мы живем в цивилизованном мире! Это дело рук японцев?! Как же они могли?»
Но действительность говорила – да, могли. Да, именно японцы совершили это невиданное зверство. Так ведь если они вершат такое, то не только здесь… Сколько еще таких вот страшных могил по островам? Вдруг вспомнились мои собственные сомнения, правильно ли поступают пришельцы, вмешиваясь в эту войну.
