В море нет места для эгоизма — только решимость и дисциплина могут выжить. "Пусть ярость благородная" описывает страстное приключение, где капитаны отвечают за суда своих кораблей как за свою честь. Освещает нестандартные стратегии в хиросимской эпохе, когда каждое движение важно для выживания. В ожесточенном сражении разгораются дуэли скорости и моральная битва между людьми....
Великий Князь Александр Михайлович отвел Великую Княгиню в ее купе, сдав с рук на руки Елене Вольдемаровне, Асе и анисовым каплям. А сам долго стоял у того самого окна, курил и смотрел на проплывающую мимо Россию.
«Может махнуть рукой на все, развернуть литерный и вернуться в Санкт-Петербург, признав, что тяжела шапка Мономаха, – думал он, и сам себе возражал: – Нет уж, вперед и только вперед; если вино налито, надо его пить. От того, что, несомненно, является рукой Божией, не спрятаться и в Австралии. Значит, идти ему навстречу с открытыми глазами и высоко поднятой головой…»
* * *18 марта 1904 года 20:10 по местному времени.
Капитан первого ранга Иванов Михаил Васильевич."
"В глухой, как наброшенное одеяло, тьме, за окном проплывают невидимые маньчжурские сопки, воспетые в бессмертном вальсе. Темень, хоть глаз выколи, лишь изредка блеснет во мраке огонек. В купе горит местная лампочка, угольная нить накаливания, тусклый розоватый свет.
Стук в дверь.
– Михаил Васильевич, можно к вам?
Эбергард! Быстро убираю пирамиду с экрана, и закрываю крышку ноутбука.
– Пожалуйста, входите, Андрей Августович!
Эбергард садится за столик напротив.
– Добрый вечер, Михаил Васильевич, не спится?
– Не спится, Андрей Августович, не спится, – вздохнул я.
