Автор
В уютном автомобильном кресле, я замечала знакомые пейзажи, но ощущение тоски было невероятно сильным. Мое горе переполняло меня, заставляя задуматься о том, что я покидаю не только родные места, но и всю свою жизнь. Это потеря была ужаснее всего, чем потерять страну своей юности....
– Да… – выскользнул наружу и снова вошел, давая прочувствовать каждую фалангу, пожирая меня горящим взглядом черных глаз. – Не мог!
– Ты исчез, – выгибаясь и всхлипывая, пытаясь то ли вырваться, то ли впустить глубже наглые пальцы, – ненавижу, когда исчезают! Слышишь? Я ненавижу, когда исчезают!
Перехватила его руку за запястье, сжимая, мешая ласке.
– Мне становится страшно!
– Я бы никогда не исчез, – ускоряя толчки пальцами, закрывая мне рот жадными поцелуями, – я не мог!
Устал от моего сопротивления, перевернул на живот, подминая под себя, стягивая блузку, срывая лифчик и сминая ладонями спину, прошелся языком вдоль позвоночника, заставляя все волоски на теле стать дыбом.
"– Запомни – я исчезну, только если сдохну. В остальных случаях – я просто не мог. Хотел… – Скрип расстегиваемой ширинки, и его плоть скользит по моим ягодицам, заставляя прикусить губы в предвкушении, но в тот же момент упираться, сжимая ноги.
Сильно сжал соски, погружаясь в меня на миллиметры, заставляя закричать, изнемогая от нетерпения, но все же отстраниться.
– Оксанааа! – выдохнул мне в затылок, сильно сжимая бедра пальцами. – Как смог – приехал.
Удерживать у самого края, не давая проникнуть и доводя до безумия и его, и себя. Скользнул пальцами между моих ног, отыскивая клитор, сжимая слегка…
– Ну же! – хрипло на ухо.
– Нет!
А сама прогнулась, запрокинув голову, он словно только этого и ждал, ворвался резким толчком каменной плоти, до упора, выбивая протяжный стон и первые судороги наслаждения, погружая пальцы мне в рот.
– Какое сладкое «нет», ты покричишь его для меня снова?
Кивнуть и закусить пальцы при первом долгожданном толчке под его стон и шумное дыхание, обжигающее затылок.
– Давай еще раз – «НЕТ», и громче.
– Нет, – всхлипнула и обхватила пальцы губами, закатывая глаза.
– Что «нет»? Отпустить?
– Нет, – выгибаясь, срываясь на крики, чувствуя, как уносит, как плавится и горит сознание, я уже не иду ко дну, а взорвалась там, внизу, на миллиарды звезд наслаждения, агонизирую, содрогаясь в конвульсиях счастья и похоти, затмевающей и рассудок, и логику. Где есть любовь, логика отсутствует напрочь.
