Лестничный пролет, поворот – и мы увидели перед собой лестничную площадку третьего этажа. Она была точной копией площадки четвертого этажа, которую мы только что покинули, если не считать того, что здесь стоял гипсовый бюст женщины с крупными, грубоватыми чертами лица, неодобрительно смотревший на нас своими пустыми глазами. Еще здесь были цветочные горшки с торчащими из них ветками. Мне кажется, это были какие-то папоротники, хотя я могу и ошибаться. От лестничной площадки в глубину дома вел коридор с рядами выходящих в него дверей.
Где-то в недрах дома открылась дверь, и до нас долетели неразборчивые обрывки какого-то разговора. Затем, очевидно, дверь снова закрылась, потому что голоса пропали так же неожиданно, как и появились, и снова стало тихо. Мы еще немного подождали, застыв на лестничной площадке, наконец Локвуд махнул рукой, и мы двинулись дальше.
Один беглый взгляд – и стало ясно, что этот коридор так же скудно освещен и так же тщательно убран, как и его собрат этажом выше. И точно так же пуст. Локвуд подошел к ближайшей от лестничной клетки двери, прислушался и нажал ручку. Дверь открылась, Локвуд заглянул внутрь, посветил фонариком и негромко присвистнул.
– Кажется, пришли, – прошептал он. – Это что-то вроде библиотеки.
Спустя пару секунд все мы уже были внутри и даже успели закрыть за собой дверь. Холли повела по сторонам лучом своего фонаря, и мы убедились, что оптимизм Локвуда был вполне оправданным. Перед нами была большая прямоугольная комната, расположенная вдоль внешней стены здания. Здесь было два высоких окна, сквозь которые виднелись особняки на противоположной стороне улицы, а вдоль окрашенных в темно-бордовый цвет стен тянулись ряды деревянных книжных полок, между которыми кое-где висели старые гравюры и географические карты. К нескольким тяжелым, дубовым, наверное, столам были придвинуты удобные кожаные кресла. На каждом столе стояла лампа для чтения с зеленым абажуром. На одном из столов стоял также бронзовый бюст какого-то сурового мужчины в очках-консервах. В углу комнаты внутри серебряной рамы висел прекрасный большой глобус, сделанный из бесчисленного множества кусочков разноцветной инкрустированной древесины.
– Она должна быть где-то здесь, – сказал Локвуд, осторожно поворачивая глобус. – Напоминаю, что нам нужна книга, которая называется «Оккультные теории». Давайте ее искать.
Холли поставила на стол зажженный фонарь, и мы разошлись по сторонам, чтобы начать рыться на полках.
Очень скоро выяснилось, что почти все книги здесь переплетены в черную кожу с вытисненной на передней стороне обложки эмблемой Общества – позолоченной арфой Орфея. Кроме того, на корешке было вытиснено имя автора, а сами книги расставлены в алфавитном порядке.