Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
Раздел Chitat.online для книги «Пустая карта. Уравнение измены» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– А до этого… преображения я, по-твоему, был страшным? – рыкнул Витольд.
– Да, – плаксиво заявила Ева. – Мама на тебя смотлела и хмулилась, а сейчас улыбается.
– Весомый аргумент, – в сердцах крякнул Стрельников и направился в ванную.
Глава 17. Часть 3
Маше казалось, что он мылся целый час, но все равно, когда вышел, по лицу виднелись перламутровые блестки."
"– Ты почему заснул? – улыбаясь, поинтересовалась Маша.
– Не знаю, может, жара или усталость сморили, – хмыкнул Витольд, а про себя чуть не закричал:
«Да я ночи напролет думаю, как вернуть тебя!»
Но говорить ничего не стал, а вместо этого обалдело воззрился на свои руки.
– Помоги мне, Мэри. Пожалуйста!
Маша посмотрела на ногти мужа, накрашенные розовым лаком, и задумчиво заметила:
– Как она умудрилась накрасить, пока ты спал? И флакон лака на террасе валяется. Не понимаю…
– Мы там красили. Сначала я ей, а потом она мне. Знаешь, как старалась!
– Ты позволил Еве накрасить себе ногти? – изумилась Маша. – Ты?!
– Ну да, мы так развлекались, – смущенно заметил он. – Только никому не рассказывай. Это наше. Семейное.
– Как скажешь, – хмыкнула Маша, протягивая мужу ватные диски и бутылочку с жидкостью для снятия лака. – Только ступай на террасу.
Когда Витольд вернулся обратно в дом, жена отчитывала Еву.
– Я тебе уже объясняла, что мою косметику брать нельзя, – строго, по-чапаевски, учила малышку Мэри. – Я говорила тебе, что красить других людей, когда они спят, нехорошо.
Ева, потупившись, сидела рядом и теребила оборку на майке.
– А кому она еще красоту навела? – поинтересовался Витольд, улыбаясь.
– Твоей сестре, – хором сообщили домашние.
– У Эльзы болела голова, она выпила таблетку и уснула. А пиявка ей накрасила губы голубыми тенями, а темно-коричневыми под глазами. Прям как восставшие из ада или зомби-апокалипсис, – засмеялся Леня. – Тебе еще повезло!
– А еще под носом намазала тушью, – грустно добавила Маша. – И волоски на верхней губе окрасились в черный цвет. Я перекисью водорода еле вытравила.
– Значит так, народ, – пытаясь не засмеяться, предложил Витольд. – Еву с этого момента считаем выздоровевшей, поэтому вы двое, – он указал на детей, – вечером остаетесь сами. А мы с мамой идем на закрытие симпозиума и банкет.
– Оставим их одних? – негодующе воззрилась на него Мэри. – Ты с ума сошел!
– Ничего подобного, – остановил жену Витольд. – У нас взрослые умные дети. Они будут есть пиццу и смотреть мультики. А если кто-то совсем маленький, – Стрельников внимательно посмотрел на дочку, – то перед уходом положим спать, дадим маминого молочка.
– Неть, – тут же воскликнула Ева, чудом избежавшая наказания. – Мы с Леней взо-ослы-ые!
– Особенно ты, пиявка! – хмыкнул брат.
Глава 18. Часть 1
«Удивительный человек!– раздраженно думала Маша, стоя под душем.
