Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
Раздел Chitat.online для книги «Пустая карта. Уравнение измены» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Я никак не могу переспать с собственной женой, в моем доме, завернувшись в полотенце, разгуливает какое-то чучело, Никита с переломами лежит в центральной больнице, и вдобавок кто-то представляется моим именем…» – додумать он не успел, как телефон заверещал снова.
«То тюлень позвонит, то олень, как в книжке у Евы», – хмыкнул про себя Стрельников. Оленем оказалась сестра, а на заднем фоне радостно вопила Ева.
– Что она там кричит? – добродушно поинтересовался Витольд и тут же попросил: – Дай ей трубку, Агата.
И родная дочка заголосила прямо в ухо.
– Что, котенька? Что случилось? – попытался понять Стрельников, но Ева уже отдала телефон тетке и побежала куда-то.
– Что она так вопит? – устало повторил Витольд. – Хоть ты мне объясни, что за переполох?
– Ольга звонила. Они с Чапаем собираются к нам. Не мог бы ты отпустить Вадима, чтобы он их привез?
– С удовольствием, – буркнул Стрельников. – А что еще, Агата? – уточнил он, обвиняя себя в излишней подозрительности.
– Утром Лида приезжала к родителям, оставила дочку. Ты не возражаешь, если девочка погостит у нас?
– Да, пожалуйста, – хмыкнул Витольд и добавил жестко. – Саму Лидку предпочитаю не видеть еще лет триста, но если она причастна к неприятностям моей жены, то я пересилю себя, найду эту тварь и прибью. А ребенок не виноват. Девочку можно только пожалеть, что у такой матери уродилась. Хотя… А что, Ева с ней знакома? – насторожился Стрельников и, получив утвердительный ответ, мысленно пообещал открутить голову Мэри. Он так и ругался с ней мысленно до самой больницы, а потом, поднимаясь по лестнице, думал, чего еще он не знает о своей жене. И, ввалившись в палату, перепугал Милю и процедурную медсестру.
– Кто вас пустил? – дернулась та, увидев незнакомого доктора.
Но Витольд не обратил внимания и, наклонившись над небритым и бледным Никиткой, прошептал:
– Ну как ты, братан?
Никита слабой рукой поймал край халата и потянул к себе.
– Маша… Сбереги мою сестру, придурок… Большая беда надвигается…
Глава 26. Часть 2
– Тебе гадалка сообщила? – недовольно крякнул Стрельников.
– Ну и грузовик еще, – через силу осклабился больной. – Это не случайность. Я так и следователям сказал.
– Отдыхай, – пробормотал Витольд и уже направился к выходу, но вспомнив, остановился. – Ты вчера у Илларии был?
Никита кивнул и прошамкал одними губами:
– В обед… Она просила защитить Машу.
– Быстро сработали, – рыкнул Стрельников и снова повторил, как мантру: – Отдыхай, Никитос.
Он заглянул в ординаторскую, обсудил с Ефимчуком план лечения. Выскочил на улицу. Пролетел через больничный двор, не замечая моросившего дождя, и только около парковки остановился. Заметил, как Вадим, прижав трубку плечом, смиренно внимает собеседнику.
«Агата, – тепло подумал о сестре Витольд.
