Маша пережила предательство и начала новую жизнь с детьми и семьёй. Развод казался неизбежным, но бывший муж внезапно меняется, став заботливым отцом и верным другом. Теперь ей предстоит выбор: поддаться иллюзиям прошлого или защитить своё восстановленное счастье от опасных чувств.
– Неистовая моя Мэри, – довольно хохотнул Витольд, когда жена, оседлав его, уперлась пятками в бока.
– А как же колено? – встревожился он.
– Уж не болит, – фыркнула жена, медленно раскачиваясь. Потом движения участились, а ему стало не до смеха.
– Мэри... О господи, – изумленно пробормотал Стрельников, подчиняясь ритму, заданному женой. Ему не верилось, как водоворот эмоций и ощущений мог закрутить его в одночасье. Поднять на вершину блаженства, расцветить мир яркими огнями и взорваться тысячью фейерверками.
Такого Витольд не испытывал ни разу. Он никогда не бахвалился любовными похождениями. Считал такое хвастовство диким бескультурьем. Но и не знал отбоя в женщинах, предпочитая опытных красавиц. Но куда им до Мэри! Если один запах сводит с ума...
Маша откатилась в сторону и, переведя дух, вздохнула громко:
– Ну ты даешь, Стрельников!
Ему хотелось возразить, напомнить, что в этом тайме вела она. Но мысль, гаденькая и неотвязчивая, змеей заползла в голову, отравила всю сладость момента.
""Где же она так научилась? И кто учитель? Найду, удавлю голыми руками!""
Темнота спальни помогла скрыть эмоции. Он потянулся к жене, чмокнул в нос, зарылся ладонью в волосы.
– Все для тебя, мое сердечко, – пробормотал нежно и, с трудом оторвавшись от жены, отправился наполнять водой ванну.
Чапай не спал, ворочался с боку на бок. И все боялся разбудить Ольгу. Но жена, свернувшись клубком, спала крепко. И, тяжело вздохнув, Архипов вернулся к не дающим покоя думам. Сначала пытался понять, что же происходит вокруг младшей дочери, умудрившейся вляпаться в криминальный навоз. Но в голову ничего не приходило. К тому же отвлекал посторонний шум, словно разрезающий тишину монотонными звуками. Дык-дык… Архипов прислушался, поднял глаза к потолку."
"«Все ясно, – доложил он сам себе. – Примирение состоялось. Хоть тут повезло.
Потом мысли переметнулись на захворавшего Сказочника.
""Колька – собака бешеная, болеть надумал! А помрет, что тогда делать? Как жить, если столько лет вместе? Еще мамаша смеялась и приговаривала: ""Куда конь с копытом, туда и рак с клешней"". Нужно завтра навестить», – решил Архипов и снова попытался сосредоточиться на Машиных проблемах. Но опять отвлекся, прислушался. В коридоре кто-то ходил. Вернее, бегал. Он явно услышал шлепанье босых ног и кряхтя поднялся с постели.
– Что там, Вася? – пробормотала спросонья Ольга.
– Спи, голова два уха, – отмахнулся Чапай и, насколько позволяла нога, быстро заковылял в коридор.
