Встретившиеся в пробке на трассе, Вадим и Витольд не могут уехать. Казалось бы обычное ожидание, но затишье перед бурей — знак того, что опасность уже на пороге. Они видят друг друга словно во второй раз, а эта встреча обещает переполошить их судьбы в неожиданном и непредсказуемом приключении....
Лампа у нее в руках задрожала лишь на секунду, и тут же послышался грозный окрик мужа:
– Мэри!
«Как хорошо, что я не врач», – с немалой долей облегчения подумала она, когда Стрельников наложил повязку на тонкий шов и надел сверху трубчатый бинт.
– Теперь нужно поспать, батя, – ласково велел он тестю, помогая подняться с кушетки и перелечь на кровать.
– Можно было и дома сделать, а не тащиться в такую даль, – пробурчал тесть, но, словно одумавшись, добавил: – Спасибо, Виташа. – Маша заметила, как отец крепко сжал руку зятя чуть пониже локтя.
– Выздоравливай, Чапай! Ты нам нужен живой и здоровый, – улыбаясь, попросил Стрельников.
– Обязательно, – заверил Архипов. – Мне еще нужно вам задницы надрать. Взрослые люди, а ведете себя как дети малые. Ни мозгов, ни страха.
Витольд хмыкнул, понимая, что это отповедь по его душу, и, услышав, как завибрировал в джинсах телефон, быстро выскочил из процедурной. Сбежал.
Маша, как настоящая санитарка, собрала весь мусор в пакет и направилась к выходу. Но прежде чем уйти, потянулась к отцу, намереваясь чмокнуть его в щеку.
Чапай раздраженно отмахнулся.
– Я с тобой еще поговорю, – устало пригрозил он своей любимице.
Маша, даже не подумав узнать, чем прогневала родителя, высоко подняла голову и вышла. Она спустилась по ступенькам и остановилась на лестничной площадке, увидев, как муж большими шагами меряет гостиную.
«Лучше подождать, пока Витольд поговорит по телефону и уйдет куда–нибудь», – решила Маша. Слышать его разговоры с подружками не хотелось, оставаться в комнате один на один тоже.
– Зла не хватает, – услышала она недовольный голос отца. – Если бы не ты!
– Если бы не ты, мы бы не попали в такую дурацкую ситуацию, – огрызнулась мать.
– Если б не я, – лениво заметил отец, – уже бы и забыли, что ты, такая хорошая, жила на белом свете.
– Спас, молодец, – вскинулась мать.
– Что ты там такое терпишь? – огрызнулся отец. – Всю жизнь на всем готовом прожила.
Маша, поморщившись от очередной ссоры родителей, решила вернуться и попросить не ругаться. Но мать, тяжело вздохнув, добавила:
– Лиду твою терплю!
– О ней уже лет тринадцать ни слуху, ни духу, – фыркнул отец."
"– Сам факт, Вася, – прошипела мать. – Постоянно на глазах.
