В Пустой истории заинтересованность — это ключ. Главный герой не открывает свою реакцию на любые предложения, предпочитая играть спокойную роль. Тень предательства скрываются за кажущейся беззаботностью, но все кипит внутри, создавая напряженную атмосферу недоверия и отчуждения....
— Ну, например, почему ты учишься на юриста?
— Тебе действительно интересно это знать? Или просто пытаешься заполнить неловкое молчание?
— Мне действительно интересно. И я не испытываю неловкости и думаю, ты тоже, — он допивает свой виски, и просто крутит бокал в руках, звеня еще не растворившимся льдом.
— Так просто, случайно выбрала. «Юрист» — звучит красиво, — отвечаю я, и накрываю ладонью его ногу, слегка царапая джинсовую ткань.
— Ты не похожа на девушку-пустышку, которая выбирает профессию, просто потому что это красиво звучит, — говорит он, словно видит меня насквозь и понимает, что я лгу.
— Если это — комплимент, то спасибо. И если у тебя остались вопросы о моем будущем и настоящем, то скажу сразу: я никогда ничего не планирую, у меня нет мечты и цели, я живу одним днем, здесь и сейчас, — немного сжимаю его ногу, отпускаю и выписываю пальчиком свои инициалы, ведя воображаемые узоры выше, ближе к его паху.
— А что-то в этом есть, — усмехается Александр, и сжимает мое запястье, чтобы я не продолжала движение.
— Тогда расскажи, как ты познакомилась с Денисом? — он возвращает мою руку себе на колено и накрывает ее своей теплой ладонью.
— Ты для этого меня позвал? Вновь пытать вопросами, в каких отношениях я с твоим сыном?! — вырываю свою руку, потому что этот жест кажется мне слишком интимным.
— Я просто спросил. Но раз уж ты завела этот разговор, — он поднимается и идет к бару. — То ты должна оборвать с ним все связи, — категорично заявляет он, наполняя еще один бокал вина. Встаю с кресла и иду к нему. Опускаю руки на его спину, прижимаясь Александру.
— Я вот не пойму, — шепчу я, чувствуя, как он напрягается, — ты просто ревнуешь? Или не хочешь, чтобы твой сын встречался с такой, как я? — глажу его напряженную спину, встаю на носочки и медленно дую на шею Александра, смотря, как по его коже разбегаются мурашки.
— Ни то, и ни другое, — отвечает он, резко разворачивается и хватает меня за талию. Его взгляд потемнел, а сильная хватка на моей талии говорит о том, что его очень взволновал мой вопрос.
