Автор
В Пустоцвете жизнь кажется бесконечной цепочкой решений. Каждый новый день открывает неизведанное, и это вызывает лихорадочный интерес и нереализованные надежды. Список достижений наполнен стремлением к чуду, даже при самых тяжелых временах.
— Не можем же мы ехать с пустыми руками!!! Сначала в магазины, потом к внучке. Дима, что ты стоишь, как столб? Одевайся, нам столько всего нужно успеть!
Ходить в магазин с женщиной — лучше сразу на каторгу.
Спустя два часа непрерывных «ой, Коля, посмотри, правда, прелесть?» и «Димочка, Тае понравится это? А Ксаночке?», Дмитрий уже жалел, что приехал.
А еще и Ксения названивала, возмущаясь, сколько их можно ждать?
Везти к ней родителей, не предупредив, он не решился — сюрпризы Ксюша не любила. Вернее, любила, то только приятные, а относится ли знакомство с его родителями к приятным сюрпризам, он еще не знал.
— Конечно, приезжайте, — не раздумывала женщина. — Тут столько вещей, Марьяна и Татьяна упарились, а еще и Таю собирать! Вот, твои и помогут.
И вот время шло, а они все никак не доедут, Ксения уже три раза звонила, с каждым звонком раздражаясь все больше и больше.
Мать выбирала игрушки, подолгу советуясь с продавцами, что лучше всего и безопаснее полуторагодовалому ребенку? Выбирала кофточки и платьица, что-то купила и Ксении.
Дмитрий не хотел вмешиваться — у матери радость, пусть её — но знал твердо — Ксюша очень придирчива к вещам. Он не удивится, если всё, что сегодня приобретут его родители, Ксения оставит в какой-нибудь коробке или велит домработнице выбросить.
Наконец, пытка шопингом завершилась, и Сомовы отправились знакомиться с внучкой.
Знакомство вышло несколько скованное — Ксения встретила на пороге.
— Господи, как же вы долго! — без реверансов и приветствий начала она.
Ирина Васильевна растерялась — не так она представляла встречу с невесткой.
— Ксюшенька, а где малышка? — попыталась она перевести встречу в интересующее ее русло.
— С няней, в детской, — отрезала женщина. — Берите вещи, не стойте, иначе, я до вечера не перееду!
Сомовы переглянулись, вздохнули и потянули сумки.
Пусть и не далеко носить — из квартиры — до лифта и дальше — до стоянки, но им пришлось сделать по три ходки.
Наконец, все перенесли, и Ксения вышла в сопровождении пожилой женщины, несущей на руках укутанную девочку.
— Таечка, внучка! — протянула руки бабушка.
— Ирина Васильевна, все потом, — сухо остановила потенциальную свекровь Ксения. — Тая не очень любит чужих, расплачется.
