Наконец-то мы снова вместе, дорогой читатель! Вот уже несколько лет я тайно исследовал древние греко-римские похоронные ритуалы. В предисловии я приглашаю вас в путешествие через атмосферу мистики и загадки, где каждое слово готовится с особенной душевной теплотой. Здесь вы найдете ключи к тому, как стать одновременно богатым и счастливым, не отказывая себе в удовольствиях или лишаясь самодисциплины....
И поэтому меня совсем не смутило, что она сразу перешла на «ты».
Стюардесса объявила, что через 20 минут мы совершим посадку в Македонии, и попросила пристегнуть ремни. Самолет пошел на снижение.
Я посмотрел в иллюминатор. Мы пролетали над кромкой берега. Внизу виднелись аккуратные квадраты и прямоугольники полей и оливковых садов.
Салоники – один из самых старейших городов Греции. Его история начинается с 315 года до н. э., когда царь Македонии Кассандр объединил несколько поселений на берегу залива Фермаикос.
Это была уже третья моя поездка в Грецию.
Самолет резко наклонился вправо и пошел на посадку. Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
Через несколько минут колеса коснулись бетона, и самолет задрожал всем корпусом. Пассажиры дружно зааплодировали. Кто-то выкрикнул:
– Браво пилотам!
Валентина ждала меня у выхода из аэровокзала. Мы обнялись и поцеловались.
– Здравствуйте, профессор Синельников, как долетели? – спросила она официально, но мы оба понимали, что эта официальность временна.
Мы не виделись уже год, и нужно было некоторое время, чтобы снова привыкнуть друг к другу и перейти на «ты».
– Замечательно, – ответил я. – У вас, как всегда, тепло, – сказал я, оглядываясь по сторонам, и демонстративно шумно сделал глубокий вдох, закрыв глаза, а потом резко выдохнул.
Мне действительно было приятно вдохнуть свежий воздух после двух с половиной часов, проведенных в салоне самолета.
– У нас уже все давно цветет, – сказала Валентина. – Ну, пойдем к машине. Анестис, наверное, уже заждался.
– Как вы живете?
– У нас тут такие приключения! Сейчас сядем в машину, и я тебе все расскажу.
Анестис вышел из своего джипа и открыл багажник.
– Кали спера, – поздоровался я по-гречески и протянул руку.
– Здравствуйте, – сказал он на довольно приличном русском языке.
Мы оба рассмеялись.
Анестис до перестройки родился и жил в Чехословакии и учил в школе русский язык. А потом, как и Валентина, переехал в Грецию, на родину предков.
Машина неслась на большой скорости по автобану в сторону Салоник. Надо отдать должное Анестису – водитель он хороший. Мимо стремительно проносились оливковые рощи.
– Валечка, рассказывай, что тут у вас приключилось, – нарушил я первым молчание.
