– Но мы не знаем – куда она нас приведет! – с истерическими нотками в голосе возразил лорет Мэйти.
– Ну, на этот случай есть другой вариант, – иронично сказал Сергей, – сидеть здесь и, мило болтая, подыхать от голода. Как тебе такой расклад? Или можем вернуться к Витаро.
– Расклад? – не понял Мэйти. – А-а, задница Зетро, идем той тропой!
– Разумное решение! – похвалил его Седой и отвязал своего кайсана.
Путники оседлали скакунов и двинулись в обратном направлении. Достигнув поворота, они свернули на узкую, но достаточно ровную для езды верхом тропу. Сильно извиваясь и неимоверно петляя, она уводила путников куда-то вправо. То здесь, то там попадались участки, которые путникам приходилось преодолевать спешившись. Разговаривать особого желания не было, Мэйти совсем скис, и Сергею приходилось время от времени подбадривать его грубоватыми шутками. Решетов и сам устал петлять по узкой, усыпанной камнями дорожке. Он уже давно потерял направление и был полностью дезориентирован относительно хотя бы того, в какую сторону они теперь движутся. Чтобы как-то отвлечь расстроенного Мэйти от грустных мыслей, Сергей задал вопрос, давно вертевшийся у него на языке:
– Ты сказал, что дорогу нам преградил посланник богов Зетро. Откуда ты знаешь, что это был именно он?
Мэйти немного подумал и наповал сразил Решетова своей железной логикой:
– А кто же, кроме него, это мог быть? Вдобавок именно так людская молва описывает их: черный балахон, глубокий капюшон, полностью скрывающий лицо, и светящиеся непереносимо ярким светом глаза. Правда, я никогда не встречал человека, лично видевшего их, – посланников богов довелось лицезреть лишь немногим, да и то – всегда мельком.
«Посланник богов, говоришь? – подумал Седой. – Видели мельком лишь немногие, а я вижу в последнее время постоянно, к чему бы такая забота обо мне богов чужого для меня мира?»
Постепенно Сергею начало казаться, что они идут по кругу. Через некоторое время его ужасная догадка подтвердилась: они снова вышли на широкую дорогу и в недоумении остановились.
– Может быть, это другая дорога? – с надеждой спросил лорет.
Решетов осмотрелся, прошелся вперед и грустно покачал головой:
– Нет, та же самая, с завалом впереди. Вон, видишь помет кайсанов у того валуна – это мы здесь проезжали.
– Что же нам теперь делать? – безнадежно грустным голосом вопросил лорет Байтрана.
Седой с минуту раздумывал и неуверенно ответил:
– Слушай, по этой тропе изредка ходят, это заметно. Мне попадался кое-какой мусор, оставленный людьми. Скажи, зачем кому-либо бродить по этой петле? Выходит, мы что-то пропустили, а именно – еще один поворот.