В темноте третий этаж шепчется тайны: комендантша отворяет дверь, и вы стоите перед камерными интерьерами — кроватью, столом и креслом. Здесь царит тихая атмосфера опасности и ожидания, где каждый звук становится важным шагом на непредсказуемом пути магии и сердца.
— Эмелис? — вмиг насторожился синеглазый.
Я повернулась и замерла, во все глаза глядя на огромное окно. Там, за прозрачным стеклом, пили, ели и смеялись, но привлекло другое.
— Эмелис, что случилось? — вновь позвал боевик.
Я мотнула головой, призналась:
— Померещилось.
— Что именно? — В голосе Кира зазвучало напряжение.
— Глупость. Показалось, будто Карас в окне увидела.
Ведь в самом деле глупость. Ну как может осуждённая магичка оказаться в харчевне посреди Деката?
Однако Кир отмахиваться от моей галлюцинации и не думал.
— Любимая, давай договоримся? Оставить тебя здесь я не могу, поэтому пойдём вместе. Но от меня ни на шаг, и никакой самодеятельности, поняла?
У меня от удивления даже рот приоткрылся.
— Дорогой, мне привиделось!
— И никаких споров, — ответил боевик, решительно направляясь к широкой, украшенной еловым венком двери.
Я, разумеется, следом — сложно оставаться на месте, когда твою ладошку сжимают, словно в тисках.
Две дюжины шагов, рывок. Дверь с петель, разумеется, не слетела, но мне стало жутковато. Посетители харчевни, по большей части, тоже перепугались — жевать перестали, да и разговоры утихли. Даже вышибала, сидевший на стуле подле входа, растерялся.
А Кирстен переступил порог, увлекая меня за собой, и застыл. Взгляд сделался холодным и цепким. Я украдкой выдохнула, тоже заозиралась, вот только зря — магички в зале не было.
— В чём дело? — пробасил кто-то из посетителей.
— Что вам нужно? — отмер дородный бородач за стойкой. Видимо, хозяин заведения.
Кир удостоил второго пристальным взглядом, отпустил мою руку и скомандовал:
— Жди здесь.
Боевик направился к подсобным помещениям, вызвав ещё один приступ удивления и у меня, и у хозяина, и… и у вышибалы, который, наконец, отмер.
— Эй ты! — воскликнул последний. — А ну стой!
Драки, к счастью, не получилось. Кирстен тихо нарычал на подскочивших к нему вышибалу и хозяина харчевни, второй, кстати, сильно побледнел при этом.
Очень хотелось напомнить: я ведь говорила, что померещилось! Но я прикусила язык и постаралась выбросить произошедшее из головы. В конце концов, в жизни действительно бывают ситуации, когда лучше перестраховаться. И это, несомненно, одна из них.
Инцидент был исчерпан, и спустя четверть часа мы уже прогуливались по первому этажу городской ратуши.
