В элегантной студии политической программы, где тонкие игроки Евросоюза обсуждают актуальные вопросы, резко вставали к власти слова одного из чиновников. Этот рассказ описывает человека, который стал центром скандала и подозрений всего сообщества. Вокруг него накаляется атмосфера страха и неприятия, но есть ли в этом его защитник?...
Похоже, «Путь одиночки. Книга 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Однако, в отличие от подготовительных заданий и Игр, задания по собственной инициативе уже не имели халявной доставки.
— Что ж, — выдохнул я. — Ну переноси.
Тут же портал закрутил меня, перекидывая куда-то через неизвестное расстояние. Миг переноса, и в ноги ударила твердь иного мира. Без каких-то сложностей я поймал равновесие, поднял взгляд.
Буквально в двух метрах от меня стоял… некто. Это было существо, ростом, наверное, в два с половиной метра, все закованное в тяжёлые даже на первый взгляд доспехи, выглядевшие как какая-то смесь технологий и примитивности.
"Я замер, скованный неуловимым ощущением чужой мощи. И дело было даже не в величине этого воителя и не в виде его доспехов. Моё существо охватило ощущение чужого сознания великой мощи.
Краем сознания я тут же отметил, что это похоже на ментальное давление того элементаля в аномалии из торгового центра. Только оно, кажется, было намного сильнее. Спасал меня лишь один фактор — чужое внимание не несло в себе агрессии.
В этот момент шлем воина дёрнулся.
— Чего замер, салага? — произнёс воин. — Дуй к остальным. Портальная площадка там.
Несмотря на всю мощь, жест латных перчаток был мгновенным, указывая в направлении за спину. Мне лишь оставалось кивнуть и на деревянных ногах двинуться в указанную сторону. Передо мной распахнул свои просторы новый мир.
Глава 20
Звук, похожий на далёкие раскаты грома, вырвал меня из странного ощущения.
— Что это был за монстр? — невольно задался я вопросом.
Тот продолжал невозмутимо стоять, словно страж. Лицом он был обращен к стене тьмы, что окружала это место.
Сам я находился с краю каких-то руин, оставшихся, видимо, от тяжелого боя. Оплавленные, растрескавшиеся останки строений не позволяли даже приблизительно понять, как это место выглядело раньше. Глубокие воронки еще дышали жаром, заставляя выбирать дорогу.
— Словно неба и нет, — произнёс я.
Сорвавшиеся с губ слова растворились, будто съеденные царящим безмолвием. Вкупе с тьмой вокруг это создавало некую давящую, тяжелую атмосферу.
Я двинулся в указанном воином направлении. Затеряться не дали парящие в воздухе сферы, что излучали неяркий свет. Ориентируясь на них, я обошёл полуразрушенную стену.
