Динка медленно приходила в сознание, погружаясь в первые блуждающие мысли после кошмарного сна. Она услышала знакомый храп и обнаружила рядом своего бойфренда из Варрэнов - Хоегард, его руки нежно касались ее тела, делясь теплом и любовью в этом первобытном уединении.
Шторос поморщился, но ответил довольно жестко:
— Ты не человек!
Динка попятилась, хватая ртом воздух. Да. Он прав. Она не человек. Но для нее это все равно было шоком. В таком ключе она о себе еще не думала. Она настолько не человек, что у нее, словно у кошки или у собаки, наступил период размножения. И это значит, что она скоро, не контролируя себя, будет стелиться перед каждым, лишь бы…
Запах четверых мужчин ощущался нестерпимо остро, нервировал, раздражал.
— Уходите, — проворчала она тихо. — Все уходите отсюда.
Варрэны беззвучными тенями скользнули к выходу из пещеры и исчезли из вида, оставив после себя шлейф терпкого мужского запаха. Динка стянула с себя штаны и придирчиво осмотрела панталоны.
Крови было не так уж и много, несколько капель. Не сравнить с тем, как обычно проходили у нее месячные, когда… Когда она еще была человеком. Динка завыла, схватившись за голову. Да что же это такое происходит?
Она все-таки она ополоснула в ручье испачканные бедра, отыскала в своей сумке свернутые рулончиками бинты и, сформировав прокладку, зажала ее между бедер, а поверх натянула обратно штаны.
Ей надо было хорошенько все обдумать. Было же и в этом что-то хорошее.
Хорошо то, что это не новый выкидыш. Хотя, если разобраться, то беременности у нее не должно было наступить. Ведь с прошлого выкидыша они воздерживались от близости, нарушив запрет только три дня назад. За три дня вряд ли могла наступить новая беременность. Даже если и наступила, то ребенок не прирос еще внутри.
Хорошо, что она в такой непростой период в безопасном месте со своими мужчинами. Ведь, если бы она оказалась среди людей с такими вспышками ярости, то могла выдать себя, напав на чужого мужчину, и кого-нибудь покалечить.
А вот то, что у нее фаза размножения, как у животных, ее пугало. Пусть она не человек, но разум свой она терять не хотела. Даже на непродолжительный период. Это было странно и страшно не контролировать свои поступки.
