В Выборге наступило летнее тепло, когда можно выйти на берег с друзьями за пивом и окрошкой. Многообразие тихих улочек и живописных набережных создает особую атмосферу, где каждый шаг ведет к новым приключениям.
— Вы, молодые, стараетесь все по верхам забрать, — стал шамкать Минин. — А сути часто не ухватываете. Изнанка — наша слабость. Она манит, зовет. Потому что только там рубежник может обрести истинную силу. Такую, какой здесь и не пахнет.
— Я слышал, что там рубежники только лишаются сил, а не приобретают их, — не смог не уколоть говорившего Шуйский. — Всякий знает, что Изнанка сосет из нас хист.
— Разве кто-то говорит, что это не так? Да, Изнанка забирает хист каждый раз, когда ты его выпускаешь. Оттого «скользить» там можно лишь ведунам, да и то не рекомендуется.
— Старик, к чему ты ведешь? — Даниила начинала раздражать эта бессвязная болтовня.
— Все рубежники связаны с Изнанкой. Она зовет нас, как мать зовет дитя.
— Зовет, конечно, — даже Виктор не вытерпел бреда Старика. — Чтобы убить. Сколько рубежников сгинуло там навсегда?"
"— Мать иногда бывает жестока к своим созданиям, без этого никуда. Но к тем, кто проявляет себя достойно вместе с тем и щедра.
— Миша, говори по сути, — подал голос Дед.
— По сути, по сути. Что ж, если по сути, то как я сказал, все рубежники связаны с Изнанкой. Встреча с ней неизбежна. Особенно для ведуна. Изнанка будет звать, стучаться в темные ночные окна. И ты не сможешь противиться. Помните свое первое посещение? Но ведь все вы вскоре вернулись в Изнанку.
Шуйский вздрогнул. Ему казалось, что он тогда чуть не умер. Неведомая бездна накатила, придавила своей мощью, ударила по легким так, что он даже забыл, каково дышать.
Но Старик был прав. Все возвращались в Изнанку рано или поздно. Кто-то на на пару минут, другие на часы, третьи на несколько дней. Слышал он и о рубежниках, которые смогли совладать со странностями иного мира. И останавливались с той стороны на недели.
И каждый раз ты будто искал повод, чтобы уйти туда.
Правда, это длилось довольно недолго. Вскоре Изнанка словно разочаровалась в Шуйском и отвернулась от тогда еще молодого ведуна. Не приняла. Отметила мерзким уродством, давая понять, что здесь он лишний. И после подобного каждое посещение другого мира занимало немало сил.
— Изнанка проверяет рубежников, испытывает. Ищет тех, кто сможет пройти за грань, уйти далеко за рубцы кощеев, — закончил Старик.
