Леди была занята распоряжениями, а лорд, наклонившись к майору, тихо спросил его:
— Ты привез шотландца?
Леди Дансени, прежде говорившая с лакеем, теперь обсуждала с дворецким, какие блюда включить в обед, а какие, наоборот, исключить. Она не могла слышать мужниных слов, но его лордство был осмотрителен.
— Я не знал, что ты сделаешь с ним, так что он ждет в передней.
— Если он и правда способен управиться с лошадьми, как ты говорил, значит, из него будет добрый конюх. Я согласен с твоим предложением.
Лорд обернулся посмотреть на жену, заботившуюся, чтобы принять гостей как можно лучше: он намеренно стоял спиной к ней, чтобы слова не долетали до ее слуха.
— Она не знает, кого ты привез, — доверительно сказал баронет. — О зверствах хайлендеров во время восстания было рассказано немало. Их и сейчас побаиваются, так что не стоит пугать ее. После смерти Гордона она никак не придет в себя.
Грей коснулся руки лорда. Сам господин Дансени тоже скорбел о сыне, но как глава семейства не проявлял своих чувств открыто.
— Мы поступим так: я скажу, что ты порекомендовал мне слугу, а ты подтвердишь, что привез его. Да, Джонни, ему можно доверять? В смысле… мои дочери…
Дансени удостоверился, что жена не слышит его опасений, выраженных так обтекаемо.
— Конечно, можно. Он пообещал мне, что будет беспрекословно слушаться вас, а покидать ваши владения или входить в дом будет только по вашему приказу. Он дал слово чести.
Хэлуотер занимал около шестисот акров, так что его нельзя было быстро покинуть, но в нем легко можно было затеряться. Шотландия была далеко от этого места в Озерном крае Англии, но она была ближе, чем того можно было ожидать, находясь в дальних американских колониях или томясь в Ардсмьюире.
Дверь отворилась, впуская дочерей Дансени. Старик радостно встретил их.
— Джонни, помнишь Джиниву? — Он толкнул гостя навстречу девочкам. — Изабель была совсем малышкой, когда ты был здесь в последний раз. Как же быстро летит время…
Теперешней Изабель, небольшой пухленькой девчушке, похожей на мать, было четырнадцать. Джиниве было семнадцать. Ее трудно было узнать: Грей помнил разве длинную нескладную девочку, в которой не было того изящества и гордости, какие были в новой Джиниве, походившей более на отца, чем на мать. У лорда Дансени были такие же серые глаза, поражавшие своей ясностью, а кудри, сейчас уже седые, наверное, когда-то были такими — блестящими и каштановыми.
Девушки соблюли правила приличия, церемонно раскланявшись с майором, но было заметно, что их мысли заняты чем-то другим.
— Папа, — Изабель тронула отца за рукав, — в холле… находится какой-то мужчина, очень высокий. Он наблюдал за нами, пока мы шли сюда. Он выглядит устрашающе!
— Кто это? — вступила в разговор Джинива.