Вправе ли он так поступать, не зашел ли он слишком далеко? Не будет ли это для избалованного наследника многочисленных земель всего лишь очередной ничего не стоящей забавой, о которой забывают на следующий день? И все же Уилли был настолько искренен в своих заверениях и Джейми так хотелось подарить ему что-то кроме деревянной лошадки, которую он было приготовил для него, что он решился. Отец Макмюррей говорил им в школе, что верующий мирянин вправе совершить обряд крещения, если случай крайний, а священника нет.
Был ли это крайний случай? Как знать. Джейми взял с подоконника кувшин.
Уилли таращил глаза и был серьезен, словно они и правда находились в церкви. Джейми убрал его мягкие волосы с высокого лба, окунул в воду три пальца и вывел ими крестное знамение.
— Нарекаю тебя Уильям Джеймс во имя Отца, Сына и Святого Духа. Аминь.
Вода покатилась по носу Уилли, и он смотрел на ее бег, пытаясь поймать ее языком. Это было забавно, и креститель засмеялся.
— А почему Уильям Джеймс? — задал каверзный вопрос новоокрещенный. — Мое полное имя Уильям Кларенс Генри Джордж.
Второе имя ему не нравилось, и он скривился, произнося его.
Джейми принял важный вид.
— Когда человека крестят, его называют по-другому. Вот Джеймс, например, будет твое особое папистское имя. Меня тоже так нарекли при крещении.
— Да? Вот здорово! Теперь я тоже грязный папист, да?
Джейми снова улыбнулся. Сегодня он все делал, подчиняясь зову сердца, и сейчас он достал из-за пазухи буковые четки.
— Держи. Будешь носить их в память обо мне.
Он надел их на Уилли.
— Только носи так, чтобы никто не видел. И ни в коем случае не говори, как я посвятил тебя в паписты.
— Я буду нем, как могила, — торжественно пообещал мальчик.
Пряча подарок под сорочку, он проверил, чтобы четки были незаметны под тканью, проведя по ним рукой.
Прощаясь, Джейми взъерошил волосы мальчика. Пускай, он причешется потом.
— Беги, малыш, не то к чаю опоздаешь. Бабушка и тетя будут переживать.
Мальчик уже уходил, когда встал как вкопанный. Вновь расстроенный, он трогал четки, висевшие под сорочкой.
— Ты говорил, чтобы я хранил их как память… А что же я подарю тебе? У меня ничего нет с собой!
Джейми попытался улыбнуться, хотя это далось ему очень тяжело. Казалось, что он не сможет ничего ответить сыну, но он очень тихо проговорил:
— Не бойся, я всегда буду помнить о тебе.
Яркие рыжие волосы на ветру лезли Брианне в глаза, оплетая ее лицо паутиной.
— Вот как выглядит солнце. Мне казалось, что я уже забыла о его существовании. — Она смотрела на небесное светило, вовсю жарившее над Лох-Нессом.
Озеро похищало тепло; над ним всегда веял ветерок, радовавший сейчас Клэр.
— А воздух? Без него я была словно бледная поганка, склизкая и тощая.