Нужно сказать, что я и сама истово верила в способность его дяди находить выход из самых безвыходных положений и ничуть не сомневалась, что Джейми и на этот раз выйдет сухим из воды, как это было во время погони за мистером Уиллоби или драки с таможенниками на побережье.
— Идем, мой мальчик. — Я поманила парнишку, заслышав, что колокол церкви у Пушечных ворот издает звон, отмечая время.
По дороге дух Эуона все время воспарял к облакам: судя по лицу, мальчик вспоминал ночь, проведенную с маленькой Мэри. Исповедь освежила воспоминания, и епитимья не мешала ему радоваться жизни. Мы подошли к жилищу Хендерсона в тупике Кэррубера.
Как для Эдинбурга, это была хорошая, даже богатая гостиница. На лестнице узорчатые ковры, в окнах цветные витражи — по моему разумению, священники должны жить не в такой роскоши. Впрочем, возможно, священники Свободной церкви не дают обета бедности.
Нас провели на третий этаж, где мы встретили полную недовольную женщину, не очень старую — ей было около двадцати пяти, — но уже беззубую.
— Это вы та леди, которая обещала прийти? — бросила она на меня недоверчивый взгляд.
Мой кивок заставил ее смягчиться, и мы смогли войти в дверь.
— Мистер Кэмпбелл был вынужден уйти по делам. — Она говорила нараспев, растягивая слова, как это делают живущие на равнине, — но он благодарит вас за помощь, оказанную его сестре.
— Я попытаюсь помочь ей. Проведите меня к мисс Кэмпбелл.
Женщина, назвавшая себя Нелли Коуден, отправилась в спальню вместе со мной, наказывая Эуону остаться.
Мисс Кэмпбелл именно что «глазела»: взгляд ее бледно-голубых глаз был направлен в пустоту, и она не обратила внимания на наш приход.
Она расположилась спиной к огню в удобном низком кресле, из-за чего ее лицо тонуло в сумерках. Я подошла поближе. У нее были полные, но вялые губы, курносый носик и двойной подбородок. Тонкие темные волосы были зачесаны наверх.
Она молчала и никак не отреагировала на мой зов. Ее глаза моргали реже, чем обычно это происходит у здоровых людей.
— О, она ни с кем не говорит, когда таращится. — Нелли Коуден наблюдала за моими действиями сзади. — Совсем молчит.
— Когда вы заметили, что с ней происходит неладное?
Пульс был сильный, но медленный; женщина не отняла вялой руки.
— Сейчас второй день пошел. — Компаньонка пастора подошла ко мне. — Вообще обычно неделями сидит, а то и больше, и до месяца у нас доходило.
Я не стала пугать больную и осматривала ее не спеша. Нелли Коуден тем временем щебетала, с готовностью отвечая на мои вопросы. Так я узнала, что мисс Маргарет Кэмпбелл тридцать семь и что у преподобного больше нет родственников. После смерти их родителей они живут вместе уже двадцать лет.
— Отчего это происходит?
Мисс Коуден мотнула головой.
— Я не знаю, мэм.