Капитана Рейнса нанял Джаред. Если Джейми непрестанно топтал камни мыса, то немолодой низенький капитан торчал на палубе, попеременно взглядывая то на барометр, то на низкое небо, будто ища подтверждения своим мыслям.
— Ого, англичаночка, что это у тебя так пахнет? — заметил Джейми, проходя мимо моего стола с разложенными снадобьями.
— Это имбирь. Свежий. — Я как раз измельчала в плошке корень имбиря и решила просветить Джейми, с какой целью я это делаю. — Говорят, что отлично помогает при морской болезни. Хочу проверить.
— Да-а? — недоверчиво протянул Джейми. — Дай-ка я.
Схватив мою плошку, он сунул нос в мелко нарезанную приправу и, вне сомнения, начал безостановочно чихать.
— Но-но, это не табак, которым можно набивать нос, — ворчала я, отбирая у него плошку, боясь, чтобы он не рассыпал оставшееся снадобье. — Ты должен будешь пить его с чаем, тогда это поможет. Иначе я не знаю, что с тобой делать, кроме как выбросить за борт.
— Миссис, не стоит беспокоиться, поверьте, — встрял в нашу шуточную перепалку один из старых моряков. — Всем новичкам поначалу не очень хорошо, но только первые несколько дней. Потом, как правило, привыкают и уже день на третий-четвертый бегают по палубе и порхают по реям аки птички.
Джейми никак не походил на птичку, но сейчас он выглядел, будто возбужденный воробей, распушивший перья в порыве воодушевления. Он даже кивнул служанке, чтобы ему принесли эль. Что может сделать с человеком надежда!
— Ну да, все может быть. Охотно верю. Джаред, кстати, тоже меня успокаивал, говорил, что так и есть, мол, если не штормит, то морская болезнь быстро проходит.
Он взялся за кружку с элем и отпил немного, затем еще.
— Дня три продержусь, — храбро заявил он, делая большой глоток.
На следующий день мы заметили шестерых всадников, едущих, судя по всему, в нашу сторону. Косматые горные пони семенили по камням.
— Вот, смотри, впереди Риберн. — Джейми прищурился. — Дальше Кеннеди и Иннес — тот, который без левой руки. Дальше Мелдрум и Маклауд, эти всегда держатся друг друга. Замыкает… Фергюс или Гордон?
— Думаю, что это Гордон, всадник ведь толстый, а Фергюс не такой, — честно ответила я, всматриваясь в едущих верхом, хоть мне и хотелось верить, что это француз.
— Куда подевался Фергюс, черт возьми? Почему задерживается? — Джейми бросился нетерпеливо расспрашивать Риберна, едва тот вместе с другими контрабандистами представился морякам и сел за стол, где его ждала вкусная еда и бокал.
Жуя пирог, Риберн ответствовал:
— Ммм, он сказал, что занят, дело есть одно. Мне велел купить лошадей, вот этих, и ждать Мелдрума и Маклауда, ну чтобы уговориться ехать сюда.