— Что представляешь собой ты? Или, если уж на то пошло, что представляем собой мы?
Я открыла было рот для ответа, да так и закрыла, ничего не сказав.
— Вот именно, — повторила она, наблюдая за мной. — Далеко не каждый может пройти сквозь камни. А мы можем. Почему?
— Не знаю, — ответила я. — И уверена, ты тоже. Но во всяком случае, из этого, конечно же, не следует, будто мы с тобой ведьмы.
Джейли подняла бровь и перевернула несколько страниц книги.
— Некоторые люди могут покидать свои тела и удаляться от них на мили, — сказала она, задумчиво глядя на страницу. — Там их видят и узнают другие, в то время как они на глазах у родных и близких спят в это время в своих постелях. Тому имеется чертова пропасть свидетельств: мне доводилось читать показания очевидцев. У некоторых появляются стигматы, которые можно увидеть и потрогать Я сама однажды видела. Но способны на такое не все, а только особенные люди.
Джейли перевернула страницу.
— Если что-то при одинаковых условиях может повторить каждый — это относится к сфере науки, но если то же самое доступно лишь немногим — то это ведовство, чары, нечто сверхъестественное. Название можно придумать какое угодно — главное, что это реальность.
Она оторвала блестящие, как у змеи, зеленые глаза от рассыпавшейся книги и посмотрела на меня.
— Мы с тобой, Клэр, — это реальность. Мы реальные, но особенные. Ты никогда не спрашивала себя почему?
Ох, еще как спрашивала! И неоднократно, но ни разу не получила вразумительного ответа. А вот Джейли, похоже, думала, что он у нее есть.
Снова повернувшись к разложенным на стойке камням, Джейли стала называть их по очереди:
— Вот защитные камни: аметист, изумруд, бирюза, лазурит и рубин мужского рода.
— Плиний писал, что у рубинов имеются половые различия, — нетерпеливо сказала она. — Кто я такая, чтобы спорить с ним? Именно с камнями мужского рода и приходится иметь дело: женские камни не работают.
Я подавила настойчивое желание спросить, каким таким манером она определяет пол рубинов, и задала другой вопрос:
— «Не работают» — это в каком смысле?
— В смысле перемещения, разумеется, — ответила она, глядя на меня с любопытством. — Прохождения через стоячие камни. Они защищают тебя от… ну, от того, что там есть.
При мысли о переходе во времени в ее глазах промелькнула легкая тень, и мне стало ясно, что она смертельно боится этого. Чему не приходилось удивляться: я боялась не меньше.
— Когда ты явилась сюда в первый раз? — спросила Джейли, пристально глядя мне в глаза.
— В тысяча девятьсот сорок пятом, — медленно ответила я. — И попала в тысяча семьсот сорок третий, если тебя это интересует.
Мне не очень-то хотелось рассказывать ей слишком много, но мое собственное любопытство пересиливало.