Когда мы с Джейми собрались уходить, китаец потянулся к своему паху. Без малейших призраков похотливости он взял свои яички в сложенную чашечкой руку, так что их округлость обрисовалась пол тонким шелком, и стал медленно перекатывать в своей ладони, сосредоточенно созерцая сей процесс.
— Иногда, — произнес он, словно говорил с самим собой, — моя думать, что это того не стоить.
ВСТРЕЧА С «ДЕЛЬФИНОМ»
С некоторых пор мне казалось, что Марсали пытается набраться решимости для разговора со мной, и я полагала, что рано или поздно это случится: какие бы чувства она ко мне ни испытывала, других женщин на борту не было. Со своей стороны я любезно ей улыбалась и говорила «доброе утро», но первый шаг должна была сделать она.
И наконец она сделала его, посреди Атлантического океана, спустя месяц после нашего отплытия из Шотландии.
Сидя в нашей каюте, я вносила в журнал запись о проведенной малозначительной ампутации — одному матросу пришлось удалить два расплющенных пальца, — когда в дверном проеме возникла Марсали, задиристо подняв голову.
— Мне нужно кое-что узнать, — решительно заявила она. — Вы мне не нравитесь, и, наверное, для вас это не секрет, но папа говорит, что вы вроде как ведунья, а мне кажется, что вы, даже если и шлюха, женщина честная, так что врать мне не станете.
Существовало множество способов достойно отреагировать на столь примечательное вступление, но я от них отказалась.
— Очень может быть, — сказала я, положив перо. — А что ты хочешь узнать?
Убедившись, что я не разозлилась, девушка проскользнула в каюту и села на табурет, единственное свободное место.
— Ну, это касается младенцев, — пояснила она. — Что с этим делать?
— Тебе что, мать не рассказала, откуда берутся дети?
Она нетерпеливо фыркнула и презрительно усмехнулась, сдвинув светлые брови.
— Вот еще! Разумеется, я знаю, откуда берутся дети. Это любая дурочка знает. Женщина дает мужчине засадить ей между ног свою штуковину, и девять месяцев спустя — готово, младенчик. Но я-то хочу узнать, как сделать, чтобы этого не было.
— Понимаю, — произнесла я, глядя на нее с немалым интересом. — Значит, ты не хочешь ребенка? Даже состоя в законном браке? Странно! Считается, что большинству молодых женщин хочется иметь детей.
— Ну, — медленно проговорила она, теребя подол платья, — не то чтобы мне вовсе не хотелось. Может быть, когда-нибудь я и заведу ребеночка. Будет такой красавчик, черноволосый, как Фергюс. — На миг на ее лице появилось мечтательное выражение, но она тут же опять посуровела. — Однако сейчас я не могу.
Задумавшись, Марсали надула губки.
— Из-за Фергюса. Мы с ним до сих пор не ложились в постель. Только и удается, что целоваться здесь и там, прячась за переборками. Все из-за отца да его чертовых дурацких понятий.