Кира Мурашова отправляется в Израиль к дочери и неожиданно встречает человека из прошлого. Оптимистка сталкивается с вопросами о любви и доверии, пока готовится к путешествию. Начинается приключение, полное эмоций и нетерпения.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Кира Мурашова отправляется в Израиль к дочери и неожиданно встречает человека из прошлого. Оптимистка сталкивается с вопросами о любви и доверии, пока готовится к путешествию. Начинается приключение, полное эмоций и нетерпения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Кира Мурашова отправляется в Израиль к дочери и неожиданно встречает человека из прошлого. Оптимистка сталкивается с вопросами о любви и доверии, пока готовится к путешествию. Начинается приключение, полное эмоций и нетерпения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но почему же ты не сообщила, что прилетаешь? Ой, что с тобой такое? Ты заболела? Кира, Кира, почему ты плачешь? Что-то случилось? С Дашкой? Кира, ну пожалуйста, скажи, в чем дело?
– Васька, Васенька, какое счастье, что ты тут! А где Игорь?
– Сейчас придет, он каких-то знакомых встретил. Кирочка, почему ты не позвонила, ты же знаешь, я всегда… Игорь, Игорь, иди скорей сюда!
– Кира, вы откуда? – изумленно спрашивает он. – А почему вы плачете?
– Игорек, милый, это я от радости, что вас встретила, а то каково бы мне тут одной с вещами ночью…
– Но почему же вы не предупредили? И теща ничего не сказала.
– Ладно, потом все выясним. Бери вещи и пошли, – командует Васька.
Большой, добрый, с глазами и ресницами восточной красавицы, Игорь подхватывает мои неподъемные сумки как пушинку и спешит к машине. Васька обнимает меня, и я рыдаю у нее на груди. Это – родное. Ну как не быть оптимисткой, когда в такую кошмарную минуту совершенно случайно в Шереметьеве оказываются родные люди, готовые и помочь и утешить? Эта мысль помогает мне взять себя в руки и даже улыбнуться. Улыбка, вероятно, вышла жалкая, потому что у Васьки кривятся губы и она сама вот-вот разревется.
– Васенька, – говорю я уже в машине, – ты не знаешь, Жука еще у мамы или она его уже ко мне отнесла?
– Понятия не имею, мама там со своим Смирновым, я ее и не вижу почти.
Как мне хочется домой, к Жуке. Даже Алевтину не хочу сейчас видеть, добраться бы до постели, прижать к себе Жуку, чтобы он запел, замурлыкал, и заснуть, а потом проснуться, как будто ничего этого не было. Чтобы жить дальше, надо навсегда забыть эту историю с Маратом, отсечь… А вдруг с ним что-то случилось? Вдруг он заболел, попал в аварию, мало ли что бывает! Но как узнать? Посвятить во все Волю? Ни за что, он такой бестактный! Я сама позвоню, утром позвоню ему домой. И если услышу его голос, значит, он меня просто предал. А если нет, попрошу его к телефону, – интересно, что мне скажут. Правильно, дождусь девяти утра и позвоню. А потом уж буду решать, как жить дальше. И, оставив себе этот жалкий клочок надежды, я немного успокоилась.
– Смотри-ка, мама еще не спит! – воскликнула Васька, подъезжая к нашему дому. Действительно, Алькино окно на первом этаже светилось. И мне вдруг до боли в груди захотелось ее увидеть.
– Я сейчас постучу ей в окошко, а ты с Игорем поднимайся пока к себе, – распорядилась Васька.
Игорь довел меня до квартиры, подождал, покуда я открою дверь, но у меня так дрожали руки, что ключ не попадал в замочную скважину. Тогда он решительно отобрал у меня ключи, отпер дверь, внес вещи и поспешил ретироваться. Его смущал мой зареванный вид.
Я дома. Дома и стены помогают. Стены, помогите мне!
И тут же раздался гулкий в этот час стук каблуков и отчаянный звонок в дверь. Я кинулась открывать.
