Автор
В зеркальном отражении столетий оживает юная Маруська с характером. Она словно манекен, который держится на пике моды не из страха перед трудностями, а потому что увлечениями и капризами пока нет повода откладывать в сторону новенькие туфельки. Мобильник, будто почуяв опасность, бубнит непонятные звуки – сигнал не установлен. Так начинается роман о девочке-моделе, держащейся на пике моды и жизненных перемен!...
Не успела она взяться за ручку двери, как что-то крупное налетело на нее, ударив в грудь, и раздался визгливый крик:
– Попалась, дрянь!
Перед ней бесновалась незнакомая тетка, гремевшая многочисленными браслетами и сверкавшая украшениями, как новогодняя елка. Высокая, сухопарая, с коротким ежиком, окрашенным в интенсивно-фиолетовый цвет. Короткая юбка открывала костлявые коленки, обтянутые чулками в сеточку.
– Да что он в тебе нашел? Кошмар, сало ходячее! Извращенец! Я бы еще поняла, если бы этот кобель променял меня на фотомодель или на школьницу, а тут такое чудовище! Да я бы удавилась на твоем месте!
Маруся, решив, что если эта неизвестно откуда сбежавшая мадам немедленно удавится, то это ее вполне устроит, вслух хамить не стала, а, осторожно выставив перед собой руки, спросила:
– Вы по какому вопросу?
– По личному! – голосила безумная, пытаясь ткнуть Марусю крошечным зонтиком.
Через стеклянную дверь за поединком с интересом наблюдал охранник.
«Уволю», – мстительно подумала Маруся, уступая натиску скачущей тетки и пятясь от спасительного входа. Из окон торчали головы любопытных сотрудников.
Кто-то схватил Марусю за локоть. Вскрикнув, она шарахнулась в сторону.
– Марина Игоревна, что здесь происходит? – раздался голос любимого директора.
– Ой, Вадим Сергеевич, да что же это такое! Сумасшедшая какая-то набросилась, а охранник сидит, как пень, и даже не выходит. Мне на работу не попасть, – спихнула на него решение проблемы перепуганная Маруся.
– Добрый день! – попытался вступить в переговоры шеф.
– А, еще один! Да у вас тут гнездо! Бордель, вертеп…
– Сударыня. – Он отпихнул от лица зонтик, которым тетка метила ему в глаз. – Вы вынуждаете меня пойти на крайние меры. Что вы себе позволяете в общественном месте?"
"– Я всю жизнь с ним прожила! Да кем он был тридцать лет назад?! Ноль, ничтожество. Я его кормила, работала… А теперь? Все, в тираж меня? Мне пятьдесят два года, – вдруг зарыдала она. – Ходят тут всякие толстомясые! Молодая ты! – вдруг набросилась тетка на Марусю.
Из дверей офиса выскочил Георгий Константинович и, смешно переваливаясь, засеменил к ним.
«Еще не хватало, – испугалась Маруся. – Сейчас этот престарелый Ромео устроит тут корриду. Заступник нашелся! Надо прикрывать балаган».
Но адвокат повел себя неожиданно.
