Автор
В роковой день на дворе весело рассмеялся Толя Мельников. Быстро вспоминая, он обратился к рыжему типу, напоминающему кавказца — его товарищу по командировке: "Это та зажигалка, которую ты в Италии купил, Толян?". Казалось бы, простой разговор, но под ним скрываются загадки и опасности....
Глава 5 БЕСЕДА С ВЛАДЕЛЬЦЕМ КВАРТИРЫ
Вспоминая это дело впоследствии, я понимала: в тот день впервые у меня возникло ощущение, что я бьюсь плечом в дверь, за которой ничего нет. Нет, я не говорю конкретно о том моменте, когда я в самом деле хотела открыть дверь двенадцатой квартиры, которая, как говорил Маркарян, может быть незапертой. Я о другом. Дело в том, что когда я наводила справки о человеке, обитавшем в данный момент в этой квартире, то чувствовала, что хочу узнать… о том, кого словно бы и вовсе не было.
Хоть кто-то нашелся!
Игорь Геннадьевич оказался тщедушным потрепанным субъектом в зеленом халате и в тапочках с дурацкой отделкой цвета мышиного меха.
— Игорь Геннадьевич, — сказала я. — Я, собственно, по делу…
Он смерил меня быстрым взглядом и пробурчал что-то себе под нос. Мне удалось разобрать, что требовалось позвонить заблаговременно, и вообще он передумал, и, наверно, он нечто эдакое продаст, потому что он вообще не в настроении.
— Я, наверно, чего-то не понимаю? — спросила я.
— Я тоже! — раздраженно заявил он. — Вы ведь по поводу квартиры?
— Ну, в некотором роде — да, — сказала я, внутренне усмехаясь этой образцово-показательной проницательности господина Купцова.
— Так вот, я решил ее не сдавать! Конечно, я доставляю вам этим некоторые неудобства…
— Простите, Игорь Геннадьевич, вы о какой квартире говорите? — быстро перебила его я.
— Как о какой? — он пожал плечами. — О квартире на улице Вавилова, конечно!
— А я хотела поговорить о другой квартире. Тем более что я вовсе не хотела ее снимать, потому что вы и без того уже ее сдаете. Московская улица, дом 48, квартира 12.
Он подскочил так, как будто его шилом в зад ужалили. Быстрая тень страха промелькнула по его лицу, тут же сменившись маской панической свирепости.
— Вон! — прохрипел он.
