Автор
В роковой день на дворе весело рассмеялся Толя Мельников. Быстро вспоминая, он обратился к рыжему типу, напоминающему кавказца — его товарищу по командировке: "Это та зажигалка, которую ты в Италии купил, Толян?". Казалось бы, простой разговор, но под ним скрываются загадки и опасности....
Все повернулись в направлении, указанном одним из гостей, и увидели идущую вдоль стены до самого потолка лестницу с несколькими маленькими, не больше квадратного метра, горизонтальными площадками на высоте примерно восьми и шестнадцати метров. Вдоль лестницы протянулись несколько толстенных труб с огромными кранами.
«Ничего себе, — подумала я. — Кажется, я начинаю понимать, что это такое!»"
"Потолок в этом месте выглядел весьма странно. Он шел как бы уступом метра в четыре по отношению к остальной своей площади, зависая на высоте примерно двадцати метров, словно корпус внушительного корабля непривычной прямоугольной формы.
Вдоль металлического покрытия проходило несколько параллельных труб, оплетенных вязью других трубочек существенно меньшего диаметра. Выглядело все это страшновато.
— А-а, это, — протянул Маркарян, — там мы уже были. Это же дно бассейна!
— Дьявольщина! — вырвалось у Крамера.
Вова хватил здоровенный глоток из вновь початой бутылки виски и полез обниматься к Ашоту Гургеновичу, видимо, перепутав его в полумраке с рыжеволосой Аней.
— Ну и что? — пожал плечами Маркарян. — Просто через бункер было проще наладить прямое водное сообщение с Волгой. К тому же у меня в задумке есть кое-какие интересные штучки… А этот бункер хорошо использовать для хранения продукции, проходящей через мой магазин «Король Лир».
Конечно, все его поняли, отметила я.
— А если бассейн прорвет? — спросил до этого момента молчавший Савва Николаевич. — Ведь в таком случае его содержимое сработает по принципу водоворота и может засосать тех, кто будет в этот момент плавать! И несложно представить, что будет с ними в таком случае. Падение с высоты метров этак в двадцать пять — это не шутка.
Гамлет Бабкенович повернулся к Пугачеву и тускло посмотрел на него взглядом, который мог означать только одно: уйми ты своего горе-пророка!
— Я думаю, вы погорячились, Савва Николаевич, — произнес толстяк, — у господина Маркаряна все сделано на совесть.
— Особенно стэны этого бункэра, которые строили еще в мое правлэние, — голосом Иосифа Виссарионовича вклинился в беседу Крамер. — Кстаты, а кто украл мою трубку? Таварыщ Бэрия, займытэсь этим бэзобразием!
Но ни на Крамера, ни на его «Сталина» не обратили внимания.
