— Все съела? — резко спросил он, когда она поняла, что больше не в состоянии проглотить ни кусочка и отодвинула тарелку.
— Спасибо. Было очень вкусно…
— Господин, — подсказал он.
— Спасибо, господин, — покорно повторила Тася.
Его глаза довольно сверкнули:
— В том сарае, где ты выросла, так не кормили, а? — он вскочил. — Пошли. Покажу твою комнату.
Комната была роскошна, как все в этом доме. Вызывающе, невозможно роскошна. Отделанные золотом обои. Ковры по щиколотку на полу, тигриная шкура у камина, огромная кровать, на которой вольготно могли бы расположиться четверо. Витражные окна в позолоченных рамах.
Тася съежилась, чувствуя себя неуютно в этом дворцовом великолепии. Это все было для нее слишком. Слишком большим, слишком дорогим, слишком помпезным.
— Не нравится? — процедил демон, пристально следивший за выражением ее лица. — Что, недостаточно уютно для тебя, селючка?
— И плевать! Ужин был хорош, но я хочу десерт.
С этими словами он толкнул девушку на кровать.
Тася ойкнула и поползла по кровати, не отрывая взгляда от своего хозяина. Она понимала, что сопротивляться бесполезно, но при виде красноволосого демона с горящими от вожделения глазами в ней просыпался инстинкт жертвы, который громко кричал: «Беги! Беги от него!».
Она отползла еще дальше и юркнула за кровать, наблюдая за ним, как пугливый зверек из норки.
Молчание было ответом.
— Я тоже люблю играть в догонялки, селючка. Начали! — с этими словами он запер входную дверь и вынул нож из-за голенища.
Следующие десять минут Тася металась по комнате, слепо натыкаясь на стены, как бабочка, бьющаяся всем телом о стекло в поисках выхода. Демон то настигал ее, чтобы игривым и легким движением срезать очередную деталь одежды, то снова давал ускользнуть. Каждый раз, когда бритвенно-острое лезвие проходило в миллиметре от нежной кожи, девушку охватывал неконтролируемый ужас. Она взвизгивала, а демон довольно смеялся.
Последний взмах ножа перерезал бюстье. Вконец обессиленная Тася, на которой остались только трусики и пояс с чулками, забилась в щель между стеной и камином и съежилась, пытаясь закрыться.
Дэмиан бросил на нее еще один взгляд, помрачнел.
— Хватит, — решил он, убирая нож. — Мне надоела эта игра, селючка. Иди сюда.
Тася замотала головой.
— Я сказал: иди сюда, — теперь в его голосе зазвучала угроза.
Всхлипывая, девушка выбралась из своего убежища и встала перед ним, прикрывая руками грудь. Он взял ее за запястья, отводя руки. Поцеловал заплаканные щеки.
