Но что если все, абсолютно все в Аусвейле — от лорда-протектора до последнего второгодника — увидят эти снимки? Узнают, чем занимается стипендиатка, отличница и правильная девочка Таисия Блэквуд?
Она скорчилась, представив себе поток насмешек и оскорблений. Шепоток в спину. Предложения: «Отсоси и у меня, крошка!» — от каждого второго студента. Сплетни, смех за спиной, грязные взгляды от которых не отмыться, сколько ни старайся…
Это всегда будет преследовать ее. Клеймо на всю жизнь. Даже если не выгонят бзздеей за аморальное поведение, придется учиться с этим долгие шесть лет. И потом… много ли работодателей захотят нанять выпускницу с такой репутацией? Кто поверит, что свои оценки Тася заслужила честно, а не заработала, отсасывая преподавателям?!
— Неправильный вопрос, — вампирша хищно улыбнулась накрашенными губами. — Попробуй ещё раз, человечка.
— Что ты собираешься с ними делать?
— Вот теперь правильный, — ее длинные пальцы, увенчанные хищными коготками, приласкали шею Таси. — Классные снимки, правда? Думаю, их надо показать ребятам на курсе. Им понравится. Или можно повесить на доску объявлений, например. Пусть все любуются. Академия должна знать своих героев.
Сквозь вроде бы равнодушный тон прорывалось злое торжество. Вампирша сознавала, что она сейчас хозяйка положения, и наслаждалась своей властью над ненавистной человечкой.
— Чего ты хочешь? — обреченно спросила Тася.
Уже было ясно, что вампирша подошла не просто так. И если ее целью было не издевательство, значит шантаж.
— Я могла бы забыть о них… до поры, — ногти больше похожие на когти царапнули шею девушки, вампирша наклонилась ближе, облизала губы и выдохнула Тасе в лицо. — Если одна грязная распутная девка поделится со мной своей кровью.
Чтобы хлебнуть крови Таси, Присцилла, воровато озираясь, завела ее в пустую аудиторию. Все это неожиданно напомнило о Рауме — вампирша вела себя почти как беловолосый, когда тот утаскивал свою рабыню для торопливого минета между лекциями.
Не выдержав нервного напряжения, девушка засмеялась. Отчего-то это невероятно взбесило Присциллу.
— Весело? — зашипела она. — Ничего, я сейчас тоже посмеюсь.
Смех резко пропал, когда вампирша расстегнула пуговички на блузке Таси. Стало невероятно жутко. Девушка стояла перед Присциллой с обнаженной шеей и не верила, что она это делает.
Сама, по доброй воле, подставляется под клыки вампира?
Накрашенные губы прижались к нежной коже в пародии на поцелуй. Кольнуло болью, и по телу разлилось странное оцепенение.
Сколько это длилось? Тася не рискнула бы угадать. Она впала в прострацию, ноги ослабели и почти не держали, пришлось опереться о подоконник.