То есть мы находились неподалеку от центра круга — совсем не там, где будет искать полиция. Еще один наш просчет. Астридсон уверенно подошел к одному из особняков и раскрыл ворота, чтобы заехать на территорию. Полиция искала преступников по заброшенным подвалам и чердакам в дурных районах, а совсем не в фешенебельных районах. Как давно был подготовлен этот план? Как долго Астридсон снабжал Трюггви деньгами, чтобы тот купил или снял этот особняк? Кто знает."
"Мы заехали за дом, и я похолодела. На вытоптанной круглой поляне стоял куб алтарного камня, густо покрытого рунами, письменами и рисунками. Не простой рунический круг, не походный аналог, а полнофункциональный камень, вокруг которого магия завивалась в такие потоки, что и смотреть магическим зрением больно. Вот чем он занимался столько лет. Создать алтарный камень без помощи других магов, напитать его силой — неподъемная задача, но Акхер умудрился проделать это.
Машина остановилась. К нам с улыбкой добродушного хозяина поспешил притворный Трюггви. Я медленно вышла из автомобиля, все косясь на алтарь. Улыбка Агхера немедленно погасла:
— Ты должен был обезоружить ее, идиот! — рявкнул он и решительно врезал Астридсону под дых сперва кулаком, а потом еще пнул под колени, заставляя упасть на мерзлую землю. Тот, судорожно кашляя, пытался восстановить дыхание, пока не выдавил из себя:
— Она сама согласилась приехать.
Агхер смерил меня холодным будто расчленяющим взглядом, а потом вдруг резко переменился, заулыбался опять. Правда, его улыбка не затрагивала злые глаза:
— Конечно, согласилась. Ты же хочешь вернуться домой, дорогая? Хочешь вернуться к своему хозяину и прожить долгую счастливую жизнь? — он нахмурился, но притворно, будто говорил с глупым ребенком: — или ты хочешь умереть здесь из-за своей болезни?
Я бросила быстрый взгляд на Астридсона — он не рассказал напарнику, что я излечилась?
— Но это ведь невозможно? — спросила я. — Это же Закрытый мир, его нельзя покинуть.
— Ты ошибаешься, дорогая, ты ошибаешься! — обрадовался Агхер, протянул мне ладонь, приглашая. Я протянула руку в ответ, но вместо того, чтобы взять, он схватил меня за запястье, сжимая его до боли. — Ты узнаешь, как сильно ты ошиблась. — Прозвучало с угрозой. — Но ничего, — он вновь заулыбался, — хозяин тебя простит. Накажет, конечно, но потом обязательно простит.
Я будто вернулась в прошлое. Всего полгода, но теперь это звучало для меня как страшнейшая угроза. Иметь хозяина, отказаться от своей воли, стать послушной марионеткой, как Астридсон. В голове не укладывалось, что когда-то я сама хотела этого… или скорее смирилась, что иначе будет хуже, иначе смерть.