Автор
В холодных звездных небесах над ней лежит рунический меч - идеальное оружие для хищницы. Его каждое узорчатое лезвие словно приветствует её готовность к новой жертве, но она не может проигнорировать то холодное сердце в глубине. Вместо стыда и страха драконка испытывает лишь голодную тоску - ощущение сладкого подвига, когда её убийство станет истинной наградой за годы тренировок и жертвы....
— Я хотел, чтобы вы меня нашли, — он понял на меня взгляд, в котором отражалась вся боль измученного безысходностью человека. — Я хотел, чтобы это все прекратилось. Подозревал, что это — ловушка, но все равно рискнул… — он горько усмехнулся и перевел взгляд на Рику. — Я ведь знал, что болезнь неизлечима…
— Вы ошибаетесь, — встряхнула покрашенными в черный волосами она. — Я не врала вам в прошлый раз. Далия показала мне метод лечения, и я сумела развить свой резерв, как и положено.
— Невозможно!..
— Вы тоже смогли бы, если бы искали ответ лучше, а не использовали все время свои костыли, — она пренебрежительно сняла с руки браслет-накопитель.
— Кровь жителей этого мира позволила им не заразиться?
— Нет. Мы тоже были рождены здоровыми. Все мы были здоровыми нормальными детьми, но нас искалечили в питомнике. Детские ошейники не позволяли нашим резервам корректно развиться, а чрезмерные тренировки вызывали неравномерное развитие магических каналов.
Астридсон шокировано отпрянул, насколько позволяли удерживающие его магические путы.
— О чем вы? О чем вы говорите?! — занервничала его жена.
— И, если мы не сумеем остановить вашего подельника, ваши дети все же окажутся в ошейниках, — жестко закончила Рика. — Если с Закрытого мира сорвут защиту, все его жители станут рабами!
Астридсон открыл рот, силясь что-то сказать, но из его горла не вырвалось и звука.
"— Он запретил вам говорить? — предположил я. Едва заметный кивок в ответ. — А писать можете? — отрицательный ответ. — Подавать знаки? — тоже нет.
— Стандартный приказ предполагает, что нельзя дать ответ ни действием, ни бездействием, ни словом, ни молчанием, — перечислила Рика, нервно побарабанила пальцами по столу. — Есть то, о чем он не запретил говорить? Как он нашел вас?
— Я не знаю.
— Как давно?
— Уже… десять лет…
— Он работает в полиции?
Молчание в ответ — запрет.
— Он работает дворником? — попыталась пойти в обход Рика.
Молчание: ни малейшего движения, ни взгляда, ни намека.
— Вы можете говорить только о себе?
— Да, на это нет запрета.
— Вы убивали кого-то еще, кроме миссис Агвидсон?
На глаза Астридсона навернулись слезы, он глянул на жену, а потом отвернулся:
— Да, многих.
— В этом мире? — уточнила Рика.
— Нет. Только ее.
— Когда он приказал ее убить?
Молчание.
— Когда вы услышали приказ ее убить? — переформулировала Рика.
