Сиг шел рядом мрачный и виноватый, так что я решила его подбодрить:
— Я должна тебе урок магии.
— Что?.. Нет, скорее уж я тебе должен… я тебя в неприятности втравил, а ты меня вытащила…
Я стукнула его кулаком в плечо:
— Не заморачивайся, все ведь обошлось. К тому же, — я хлопнула себя по карману с деньгами и довольно улыбнулась: — своей-то цели я добилась.
— Мистер Матсон это так не оставит…"
"— Вряд ли он полезет ко мне после того, как видел меня с полицейским, — отмахнулась я. — Доверять он мне не сможет, а какой телохранитель из женщины, которую подозреваешь в работе на полицию? Никакой. А, если полезет, то отобьюсь, не впервой. Вот тебе я в тот район соваться не советовала бы теперь.
— Да я и сам понимаю, — тяжко вздохнул Сиг.
Глава 23. Драдрерика
Оказалось, что Кейа и матушка Гудда не спали, ожидая моего возвращения. Меня это удивило и обескуражило, но, кажется, таким образом они выражали свою заботу обо мне. Непонятно, как мне могло помочь то, что они будут караулить всю ночь, но они это делали. Кейа, встретив меня, начала в полголоса ворчать о том, как они волновались и что нельзя так поздно гулять одинокой девушке. Одновременно она вытащила мой матрас и застелила его бельем.
— Ну, слава Богам, все нормально, — высказалась матушка Гудда, ложась спать и тем самым прерывая ворчание Кейи.
Я сходила умылась, с удовольствием смывая с тела пот прохладной водой. Когда я вернулась в комнату, Кейа все же не выдержала и, покосившись на свою маму, тихо спросила:
— А Сиг… он?..
— Домой пошел, наверное, — не поняла я вопроса.
Она промолчала, но уже погасив свет я услышала, как она тихонько шепчет благодарственную молитву местным богам.
На следующий день я отсыпалась, и меня не беспокоили — матушка Гудда и Кейа тихонько шептались, пока она собиралась на работу, зевая из-за того, что она поздно легла вчера. Я проснулась ближе к полудню, потянулась с удовольствием. Чувствовала себя я после вчерашнего прекрасно, но следовало еще сделать несколько важных вещей: в первую очередь, я плотно позавтракала, а потом сходила к управляющему этим домом и разузнала о свободных комнатах. Они имелись, но только не на нашем этаже, а совсем под крышей. Жить там никто не хотел из-за плохой теплоизоляции и из-за того, что тепло от печей, находящихся на первом этаже, сюда практически не доходило. Под крышей снимали комнаты разве что студенты и только на лето, а осенью разъезжались по общежитиям. Ну, или те, у кого денег больше ни на что не хватало, все же хоть какая-то крыша над головой лучше жизни под мостом.
— Рика, милая, лучше поживи еще у нас, — топталась за моей спиной матушка Гудда, когда я рассматривала весьма прохладное крошечное помещение, но я довольно улыбнулась:
— Меня все устраивает.