Автор
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
Раздел Chitat.online для книги «Рабыня страсти» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Госпожа Захра… Преступную рабу тотчас удавили.
— Что ты предпримешь, мой господин? — спросил Хасдай.
В тяжелом вздохе калифа ясно слышалась глубочайшая сердечная боль…"
"— Не в моей власти защитить Зейнаб от Захры, мой Хасдай. Ведь это значило бы публично низложить Захру. Она мать моего наследника, и, разведись я с нею, я вбил бы клин либо между Хакамом и его матерью, либо между сыном и собою самим… На это я решиться не могу. Много лет тому назад я решил, что калифом после моей смерти станет Хакам. А то, что я ни разу не поколебался в своем решении, стяжало мне уважение и любовь его братьев и дядьев… Нет никаких сомнений, никаких колебаний — и никогда не было. Хакам — мой наследник. Если бы я опозорил его мать, все тотчас решили бы, что это лишь первый шаг в низложении Хакама. И никакие мои слова не смогли бы их переубедить. Вокруг прочих моих сыновей возникли бы группировки придворных. Четверо уже взрослые — и их запросто можно толкнуть на заговор… Ведь власть опьяняет сильнее всего на свете, Хасдай. Золото, прелестные женщины, победа и слава в бою — все это меркнет перед блеском власти. Мой отец был умерщвлен собственным братом, который так и не смирился с решением моего деда о наследовании… Я своего отца даже не помню, но дед мой из всех прочих его сыновей выбрал именно меня и растил до тех пор, покуда руки мои не стали достаточно сильными, чтобы принять бразды правления Аль-Андалус. Я правлю страной вот уже более тридцати лет, и все это время в стране царил мир. А мир — это процветание. Теперь Аль-Андалус наиболее сильная и процветающая держава в целом свете! И так будет, друг мой, ибо я не допущу раздоров, могущих все загубить! К несчастью, я не могу предотвратить войны в собственном гареме без того, чтобы это не стало достоянием гласности. Уже дважды Захра покушалась на жизнь моей возлюбленной Зейнаб. Дабы предотвратить дальнейшие попытки, я должен либо избавиться от Захры, либо отослать Зейнаб и дитя прочь отсюда, чтобы сберечь жизни обеих. Иного выбора у меня нет…
— Ты даруешь ей тогда свободу, мой господин? — спросил лекарь. Он в любой ситуации оставался медиком, ему весьма не нравился вид Абд-аль-Рахмана. Калиф был бледен, а кожа его лоснилась от пота. Он был невероятно взволнован.
— Я не могу подарить ей свободу, Хасдай. Несмотря даже на то, что законы ислама дают женщине право на владение собственностью. Но без защиты мужчины она беспомощна и ежечасно подвергается опасности. Нет, Хасдай, я не освобожу Зейнаб… Я отдаю ее тебе. У тебя нет жены, которая бы этому воспротивилась, а я к тому же буду очень щедр. У нее будет собственный домик в окрестностях Кордовы на берегу реки, свой штат слуг и немалый доход из казны, который позволит безбедно существовать ей и ребенку.
