Автор
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
Раздел Chitat.online для книги «Рабыня страсти» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ведь даже если бы ты родила мне ребенка, он, по еврейским законам, не принадлежал бы мне. Закон гласит, что род ведется по материнской линии. Это дитя не могло бы носить мою фамилию, не могло бы наследовать мое состояние… Когда калиф отдавал мне тебя, он подразумевал, что мы станем близки с тобою, моя радость, но не думаю, чтобы он предполагал, что у тебя будет от меня ребенок. До тех пор пока у тебя есть единственное дитя, и дитя это от него, он не забудет ни тебя, ни Мораиму. Только стань матерью детей от другого мужчины — и он тотчас же потеряет к тебе всяческий интерес. Он может даже позабыть вашу дочь… Пока Мораима — единственное твое дитя, Абд-аль-Рахман у тебя в руках.
— Шах и мат! — сказала Зейнаб, делая неожиданный ход своим королем и обезоруживающе улыбаясь Хасдаю. — Можешь не беспокоиться — у меня не будет от тебя ребенка, Хасдай. Я не желаю больше иметь детей. Я хотела Мораиму лишь для Абд-аль-Рахмана и прекрасно понимаю, что это дитя поможет мне сберечь его любовь. Я просто не ожидала бешенства Захры — оно поставило меня в тупик.
— Ты любишь меня? — спросил он вслух: его внезапно обуяло любопытство.
Она была всегда так скрытна и осмотрительна в проявлениях чувств, что он захотел знать наверняка.
— А ты? Ты меня любишь? — парировала она. Он расхохотался:
— Очередной шах, Зейнаб!
— Ты друг мне, Хасдай, и я этому рада, — сказала она. — Ты еще и мой любовник — и этому я также очень рада. Но, по крайней мере, сейчас… — нет, я не люблю тебя, Хасдай.
— Я никогда не любил… — сказал он. — Расскажи, как это бывает?
— Поймешь, когда любовь застигнет тебя врасплох, — отвечала Зейнаб. — Да я и не могу этого объяснить. Думаю, ни один человек на свете не смог бы…
Жизнь их шла своим чередом, установился некий порядок, устраивающий обоих. Она всегда была к его услугам, а он, похоже, все свое свободное время проводил с нею. Даже отец его жаловался, что теперь и вовсе сын носа в дом не кажет… Хасдай же не рассказал Исааку-ибн-Шапруту о подарке калифа — Рабыне Страсти. Старик не смог бы этого понять… Он заявил бы, что стоит лишь Хасдаю сочетаться законным браком с нежной красавицей, и нужды в этой наложнице у него не будет. Вот Хасдай и рассыпался в извинениях, и выкраивал-таки времечко для того, чтобы навестить родителей, и возил им дорогие подарки… Потом же неизменно возвращался к Зейнаб.
Шли месяцы… Почти все время Хасдай-ибн-Шапрут посвящал переводу «Де Материа Медика».
