Автор
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
Раздел Chitat.online для книги «Рабыня страсти» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Кельтская красавица Риган жертвует собой ради сестры, но вместо спокойной жизни в монастыре попадает в руки работорговца. В гареме восточного падишаха девушка откроет для себя тайны страсти и любви, столкнувшись с судьбой, которая круто изменит её жизнь.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Когда она подрастет, я подыщу для нее рабыню-ровесницу из Аллоа, которая станет ее подругой и поверенной.
— Ты умная женщина, Зейнаб, — отметил он."
"— Так считал и калиф… — отвечала она, передавая младенца няньке. — Добро пожаловать в этот дом, Абра. Сердечно благодарю тебя за щедрый дар — твое молоко, которым ты кормишь принцессу. Ома проводит тебя в детскую.
Абра благодарно поклонилась. Это была крупная и дородная девушка с толстыми темными косами, черными глазами и пышной грудью. За ее услуги ей полагалась плата — она была свободной женщиной. С малюткой на руках, которую она держала очень умело, Абра последовала за Омой.
— С возвращением Мораимы ты просто расцвела, — отметил Хасдай-ибн-Шапрут. — Искренне рад видеть тебя такой, Зейнаб. Знаю, что отныне ты будешь счастлива.
— Когда ты собираешься войти в мою опочивальню? — вдруг спросила его Зейнаб. Хасдай сглотнул:
— Ты еще не вполне.., не вполне окрепла… — густой румянец залил его щеки.
— Никогда я не чувствовала себя лучше, мой господин! Я чувствую себя отдохнувшей, и мне недостает лишь одного… Ты шокирован? Или женщины твоего племени скрывают от мужчин свое желание?
Он был буквально очарован ею — золотые волосы плащом окутывали ее плечи, аквамариновые глаза сверкали, щеки окрашены были легким румянцем… На ней был белый кафтан, расшитый речным жемчугом. Он видел даже пульсирующую ямочку на ее нежной шейке… Он чувствовал жар, исходящий от ее тела, когда она приблизилась к нему, вдыхал чарующий аромат гардений. Но ответить на ее вопрос он был не в состоянии…
— Ты не желаешь меня, мой господин? — спросила напрямик Зейнаб. Тут на ее лице появилось странное выражение. — А может, ты предпочитаешь мальчиков? Я слышала о таких мужчинах в гареме…
— Н-н-нет… — едва пробормотал он. — Я не живу с мальчиками. — Он быстро поднялся. — Сейчас я должен тебя оставить… — и поспешно вышел, не дав ей возможности продолжить допрос.
Зейнаб была в полнейшем недоумении, и с каждым днем оно усугублялось. Абра, быстро преодолевшая первое смущение, оказалась болтушкой и бесценным источником — нет, скорее фонтаном информации, касающейся Хасдая-ибн-Шапрута, евреев вообще и их истории. Эта черноглазая пампушечка, кормя младенца, трещала без умолку.
— В еврейском квартале мы зовем его Нази, госпожа, — сказала она однажды.
— А что это означает? — спросила Зейнаб.
— Это значит «принц». Хасдай-бен-Исаак-ибн-Шапрут. Еврейский Принц.
