Автор
Призрачная сизая мгла накрывает побережье, делая белый домик почти неосознанной детской сказки. Красиво свежевыкрашенный дом и его живописная красно-черепичная крыша наделяют убежище защитой от любого природного благоволения — будь то дождь или палящее солнце. Колонны, как главное украшение коттеджа, добавляют ему еще больше изюминки и витиеватости....
— Кроме того, сейчас начнется ужин, и у Мэдди будет столько хлопот, что она о тебе и не вспомнит.
— Я бы хотела пройти к себе в спальню, — сказала Алекс с надеждой в голосе, и Льюис сочувственно похлопал ее по руке.
— Почему бы тебе не отдохнуть здесь несколько минут? Ты сейчас не в состоянии дойти даже до своей спальни. Я принесу тебе стакан воды и провожу наверх, как только приглашу гостей к столу. Ну как, согласна?
— Спасибо вам, Льюис, вы очень добры.
— Да не за что. Оставайся здесь и отдышись. Я скоро вернусь.
Алекс устало кивнула, глядя вслед удаляющемуся Льюису. На веранде он подошел к гостям, приглашая их к ужину. Вскоре сад опустел, и Алекс наконец смогла побыть наедине с собой и благоуханным садом. Только сейчас она позволила себе расслабиться. Плечи ее устало поникли, страшно захотелось плакать. Она чувствовала себя отвратительно не только эмоционально, но и физически. Весь долгий вечер с того самого момента, когда после допроса, учиненного адмиралом, Мэдди заставила ее принять участие в празднике, Алекс казалась себе марионеткой в чьих-то руках.
Вот такой потрепанной куклой ощущала себя Александра к концу вечера. Наклеенная улыбка перекосилась, нарядный фасад дал трещину, из-под которой проглядывала пустота. Ни о чем она не мечтала так, как о том, чтобы это дурацкое представление поскорее закончилось.
Проклиная тесный корсет, только добавлявший ей страданий, Алекс пыталась надышаться всласть, чтобы исчез гул в голове. В ушах непрерывно звенело. Ночные шорохи разрастались до непомерных масштабов, напоминая грохот.
— Что-то не так, любовь моя? Ты не заболела?
Алекс едва не завизжала от ужаса, услышав в ночной тьме знакомый голос. Вскочив, она стремительно обернулась. Из тени в световой круг выступил Иезекииль Копели.
— Черт бы побрал вас, Иезекииль, вы меня чуть до смерти не напугали.
— О, простите! — язвительно воскликнул Копели.
